15 декабря Воронеже завершился II фестиваль детской и юношеской литературы «Читай-Болтай» им. С.Я. Маршака, который с пятницы по воскресенье выпускники воронежского просветительского проекта ШЭК «Репное» проводили во Дворце творчества детей и молодежи (ДТДМ). В этом году на фестивале впервые была представлена выставка Анны Годинер - исследователя детской литературы, коллекционера книг об особом детстве. Мы побеседовали с ней и узнали, как возникла идея собирать литературу о детях с особенностями и почему это важно.
- Раньше вы очень много работали с детскими книгами, с разными издательствами. А как и когда появилась идея собирать издания для особенных детей? Кто был инициатором?
- Это довольно долгий процесс. Начался он не здесь. В детской литературе всегда были дети с особенностями. Это и «Поллианна» Элинор Портер, и «Без семьи» Гектора Мало, и, конечно, «Слепой музыкант» Владимира Короленко. В начале 80-х годов прошлого столетия в Стокгольме международный совет по детской и юношеской литературе стал собирать коллекцию книг о детях с особыми потребностями. Они начали издавать каталог раз в два года, в нем были книги про и для детей с ограниченными возможностями здоровья.
Если говорить о России, то толчком послужила коллекция «Мы вместе». Она была создана библиотекой иностранной литературы и, в частности, Ниной Михайловной Демуровой. После появления коллекции такие книги стали писать и переводить уже и в России. Я прочла эту подборку, она была мне близка, так как моя младшая сестра – ребёнок с ограниченными возможностями здоровья. Мне было жаль, что этой коллекции не существовало в моём подростковом возрасте, такие книги очень бы мне помогли. Теперь каждый раз, когда я вижу такую книгу - неважно, для какого возраста она предназначена - я вижу в ней ресурс не только для себя, но и для любого человека. В конце концов, у нас у всех есть достоинство личности. Личность может быть скрыта болезнью, но она всё-таки есть. Не стоит путать её с интеллектом. Интеллекта может и не быть, но личность остаётся.
Хочу также заметить, что литература о детях с особыми потребностями и для детей с особыми потребностями, конечно, отличается друг от друга. Книги для детей с особыми потребностями – это издания, в которых используются различные технологии: укрупнённый шрифт, упрощённые рисунки. Книг про детей с особыми потребностями больше, они рассчитаны на детей всех возрастов. У нас есть издание для детей с дислексией – с особым шрифтом. Его могут читать и люди, не имеющие ограничений по здоровью.
- Через ваши руки прошло огромное количество книг про детей с особенностями. Есть ли та, которая запомнилась вам больше всего?
- Мне сложно ответить на этот вопрос. Та подборка из восьми книг открыла мне глаза на то, что есть книги про семьи, где есть дети с особенностями здоровья. Наверное, я всё таки выберу первую – «Я умею прыгать через лужи» Алана Маршала. Вместе со «Слепым музыкантом» Короленко они составляли фундамент для дальнейших произведений. Потом на этом выросли «Выдуманный жучок» Юлии Кузнецовой, «День числа Пи» и «Я не тормоз» Нины Дашевской.
- Особенности здоровья бывают совершенно разные. На ваш взгляд, про какую тяжелее всего писать и с чем стоит быть осторожнее?
- Когда художественная литература пишет о каких-то детских и подростковых особенностях, она всегда должна быть аккуратна, чтобы кого-то не унизить, и чтобы при этом быть правдивым. Нельзя писать с ощущением безнадёжности, в конце обязательно должен быть какой-то выход. Так что здесь нет никаких отличий.
Существуют, пожалуй, только два правила. Первое: когда человек берётся писать книгу, среди героев которой будет ребёнок или подросток с каким-то диагнозом или с какой-то особенностью, весь вопрос в том, насколько он понимает, о чём он пишет, насколько он способен говорить об этом. Говорить нужно сдержанно, с эмпатией, можно сказать, даже по-деловому, избегая излишней эмоциональности. Когда автор пытается «выжать слёзы», это означает, что у него просто-напросто нелады с этой темой. Когда он разбирается в вопросе, он пишет серьёзно, не впадая в ненужную сентиментальность.
- Вы сталкивались с ситуациями, когда родители здоровых детей были категорически против их общения с детьми с особенностями здоровья? Что бы вы им сказали? Считаете ли вы, что их мнение по вопросу можно поменять?
- Вы знаете, это всё предрассудки и стереотипы. Они, конечно, бывают не только про эту сферу. К вопросу про изменение мнения – всё зависит от того, какой контакт у вас с этим человеком. Слушает ли он вас, готов ли он, открыт ли он в принципе к такому разговору или же он твёрдо убеждён, что его ребёнку такая дружба навредит. Такие родители могут ничего не рассказывать своим детям про их сверстников с особенностями здоровья, просить отвернуться на улице, прибегать к сотне других методов. Всё зависит только от личностного общения и от того, кто этот человек. Если он слушает, то мы можем делиться чем-то личным, спрашивать о том, почему у него сложилось такое мнение, предлагать книги на тему. Если человек закрыт, ситуация складывается, как и с любым другим стереотипом. Далеко не всегда получается расположить таких людей к общению.
- Многие люди ввиду того, что в нашей стране дети с особенностями как-то скрыты, не знают и не умеют с ними общаться. С чего начать? Как познакомиться с такими людьми, если ты хочешь помочь?
- Это вопрос многогранный. Если у вас есть предрассудки и стереотипы и в вашем ближайшем окружении нет людей с ограниченными возможностями, то обратитесь к интернету. Существует очень много различных общественных организаций, например, «Даунсайд Ап». Нужно посмотреть, что они делают, какие они устраивают мероприятия, открытые встречи. Посмотрите, что вам интересно. Если вы пока не готовы к личному общению, читайте книги, особенно материнские. Есть замечательная книга «Мама, почему у меня синдром Дауна» Каролины Филпс. Можно почитать книги для детей, например, «Планета Вилли» Бирте Мюллер. В эту тему нужно входить достаточно спокойно. Если у вас есть такая необходимость, узнайте, кто этим занимается, попробуйте к ним присоединиться.
- Наверняка, отношение к книгам про особенных детей и к самим особенным детям изменилось к лучшему за эти годы. На ваш взгляд, каковы дальнейшие перспективы?
- Всё это часть одной проблемы, которая называется «достоинство личности человека». Мы должны понимать то, что личностно все люди достойны, независимо от поведения. Когда мы говорим про кого-то «нелюдь», это относится исключительно к поступкам. Если вы сами будете осознавать достоинство человеческой личности, если его будут осознавать окружающие, и это вообще будет практиковаться в нашем обществе, то всё это распространится и на людей с особенностями.
Беседовала Диана Казарян.
