20 октября в Воронежском областном суде рассмотрели апелляционную жалобу на приговор 32-летнему Антону Гусеву, признанному виновным в смертельном ДТП, в котором погибла Валерия Султанова. За рулем Volkswagen Golf он находился в состоянии алкогольного опьянения. За его плечами уже была судимость за пьяное ДТП, а после новой аварии он оказался в больнице, откуда сбежал, после чего его объявили в розыск. Задержали Гусева в Беларуси.
Трагедия произошла 3 сентября 2025 года на улице Хользунова. Volkswagen Golf под управлением Гусева, которого после происшествия прозвали «мажором», столкнулся с припаркованной фурой, после чего легковушку отбросило на Renault Logan. Пассажирка Volkswagen Валерия Султанова скончалась на месте от полученных травм.
Коминтерновский районный суд приговорил Гусева к девяти годам лишения свободы в колонии общего режима. Сторона потерпевшей просила взыскать 20 млн рублей компенсации морального вреда, однако суд первой инстанции назначил 10 млн.
С приговором защита не согласилась. На апелляции адвокаты Людмила Суворова и Ирина Бражникова просили уменьшить срок, изменить вид исправительного учреждения на колонию-поселение и снизить сумму компенсации.
Прокуратура, напротив, настаивала на сохранении назначенного наказания. Представитель потерпевшей Ксения Новикова также просила не смягчать приговор. Матери Валерии, Анны Устьянцевой, на заседании не было.
За спором процессуальных оппонентов наблюдал корреспондент 36ON.
Первой доводы апелляционной жалобы представляла адвокат Ирина Бражникова. Она заявила, что назначенное наказание несправедливо и чрезмерно сурово, а суд первой инстанции якобы не учел в полной мере смягчающие обстоятельства – полное признание вины и раскаяние Гусева, состояние здоровья, добровольное возмещение ущерба, положительная характеристика и спортивные достижения.
По мнению адвоката, суд формально перечислил эти обстоятельства в приговоре, но не придал им должного значения при определении наказания.
Отдельно Бражникова остановилась на выборе колонии общего режима. Защита считала, что нахождение Гусева в розыске само по себе не должно становиться безусловным основанием для назначения столь сурового режима. Адвокат также сослалась на таблицу судебной практики по аналогичным делам в Воронежской области, согласно которой в подобных случаях наказания нередко были значительно мягче, а осужденных направляли в колонии-поселения.
Также защита обратила внимание на размер компенсации морального вреда, заявив, что 10 млн рублей – слишком завышенная сумма.
«Полагаю, что эта сумма существенно завышена и не отвечает принципам разумности и справедливости. При определении размера компенсации судом не в полной мере учтено имущественное положение осужденного. Как видно из судебной практики, по аналогичным делам суммы значительно ниже – от 500 тыс до 1,5 миллиона рублей. Поэтому прошу снизить размер взыскания до разумных пределов», – отметила адвокат.
Само преступление, настаивает защита, было совершено по неосторожности.
«В приговоре суд прямо указывает на неосторожный характер преступления. Его вина исключительно заключается в превышении скорости и несвоевременном снижении скорости, но не в умысле. Это классическое неосторожное преступление», – заявила Бражникова.
По ее мнению, с учетом неосторожного характера вины и смягчающих обстоятельств исправление Гусева возможно в колонии-поселении и при меньшем сроке лишения свободы.
Затем выступила ее коллега – адвокат Людмила Суворова. Прежде чем перейти к доводам апелляционной жалобы, она обратилась к семье погибшей девушки и передала слова Гусева, сказанные им во время встречи в СИЗО.
«Я хочу высказать от него и от себя свои соболезнования потерпевшим, потому что действительно никакое наказание и извинения не вернут матери близкого человека, и поэтому позиция потерпевших абсолютно понятна», – сказала адвокат.
Суворова объяснила, что, по ее мнению, в условиях СИЗО, во время личного общения, можно понять, насколько человек осознал содеянное и действительно ли раскаивается. В суде, когда на подсудимого направлены телекамеры, не каждому удается выразить свои чувства.
«Но сейчас в судебном заседании я еще раз передаю слова Антона Владимировича о своем сожалении, раскаянии, сочувствии от тех обстоятельств, которые произошли. Приношу свои извинения родственникам погибшей», – передала защитник.
После этого она вернулась к апелляционной жалобе.
Суворова подчеркнула, что Гусев признавал вину и раскаивался, а назначенное ему наказание считает несправедливым. При этом адвокат подчеркнула, что понимает, почему близкие погибшей могут считать любое наказание недостаточным.
По словам защитника, суд должен руководствоваться законом, судебной практикой и конкретными обстоятельствами дела. Она также напомнила о добровольном возмещении части ущерба и вновь обратилась к вопросу о нахождении Гусева за пределами России, о чем уже упомянула Бражникова.
Адвокат утверждала, что на тот момент он еще не был задержан, мера пресечения ему не избиралась и процессуального статуса обвиняемого у него не было. По версии защиты, он не намеревался скрываться от следствия и собирался вернуться. В качестве аргумента Суворова указала, что Гусева задержали по пути в Россию.
Еще один довод касался компенсации. Защита считала, что для взыскания суммы, существенно превышающей обычные размеры компенсации по аналогичным делам, необходимо учитывать конкретные доказательства и обстоятельства. Адвокат также заявила, что дело получило широкий общественный резонанс, который, по ее мнению, мог повлиять на строгость приговора, мол, в 2025 году на территории Воронежской области произошло большое количество ДТП, в которых погибли 317 человек, однако только история Гусева так активно освещалась в средствах массовой информации.
«Суд должен руководствоваться как положением закона, как сложившейся судебной практикой по тем или иным преступлениям, так и, конечно, конкретными обстоятельствами уголовного дела. Действительно, как моя коллега уже обратила внимание, это преступление совершено по неосторожности. И когда человек садится за руль вместе с красивой девушкой, то скорость, которую испытываешь в условиях такой эйфории, говорит только лишь о романтике. Никто не думает о тех последствиях, которые могут наступить. Конечно, о них не думал и Антон Владимирович. Никто не хотел таких тяжких последствий», – отметила адвокат.
В качестве дополнительного материала защита попросила приобщить документы о пожертвованиях Гусева в кризисный центр – приют «Покров», где находятся несовершеннолетние подростки. По словам адвоката, находясь в СИЗО, он дважды перечислил туда деньги.
Судья Борис Власов поинтересовался, почему Гусев выбрал именно этот центр. Осужденный ответил, что решение было связано с личными соображениями, к которым он пришел в СИЗО. Он также рассказал, что раньше, находясь на свободе, помогал участникам СВО, но подтверждающие это сведения к делу не приобщал.
«Не возникало мысли сейчас послужить Родине?» – спросил судья.
«Нет», – коротко ответил Гусев.
Позиция стороны потерпевшей оказалась принципиально иной. Представитель семьи Ксения Новикова просила оставить наказание без изменений и настаивала, что назначенный срок не является чрезмерным.
По ее словам, если учитывать совокупность преступлений и складывать наказания за два эпизода (п.п.а,в ч.4 ст.264 и ч.2 ст.264.1 УК РФ), срок мог бы составить 15 лет лишения свободы. На этом фоне девять лет, назначенные судом первой инстанции, сторона потерпевшей считала даже минимальным наказанием с учетом общественной опасности содеянного и личности Гусева.
Отдельно Новикова высказалась об извинениях.
По словам представителя потерпевшей, семья не приняла извинения с учетом обстоятельств, при которых они прозвучали. На апелляционном заседании слова раскаяния вновь передавала адвокат, а не сам осужденный. Ранее, в суде первой инстанции, Гусев зачитал извинения с листа бумаги.
Представитель потерпевшей обратила внимание и на то, что до задержания у Гусева было время обратиться к семье погибшей. При этом, как она отметила, в приговоре отражено, что в разговорах с друзьями он не признавал себя виновным вплоть до задержания.
Сторона потерпевшей также напомнила о последствиях трагедии для семьи Валерии. Ее младший брат тяжело переживает потерю сестры. Мать девушки сравнительно недавно потеряла мужа, и, по словам Новиковой, смерть дочери стала для нее еще одним тяжелым ударом.
Именно поэтому сторона потерпевшей настаивала, что компенсация в размере 10 млн рублей соразмерна причиненным страданиям и имущественному положению Гусева.
Одним из самых напряженных вопросов заседания стало материальное положение осужденного. Для защиты оно было аргументом в пользу снижения компенсации. Сторона потерпевшей, напротив, полагала, что официальное отсутствие работы не отражает реальных финансовых возможностей Гусева.
Новикова заявила, что, согласно материалам дела, Гусев пользовался банковскими картами других людей, на его родственника оформляли дорогостоящий автомобиль, на счета поступали миллионы, а в отношении самого осужденного имелись сведения о возможной причастности к незаконной банковской деятельности совместно с отцом. Также он являлся директором и учредителем некоторых ООО.
Кроме того, по ее словам, допрошенные свидетели характеризовали Гусева как постоянного посетителя развлекательных заведений Воронежа, где средний чек был выше среднего. Сторона потерпевшей также обратила внимание на дорогостоящие транспортные средства, которые он приобретал.
«Гусев, несмотря на официальное отсутствие места работы, имел постоянные источники дохода», – отметила Новикова.
Она также указала на последовательность нарушений правил дорожного движения и привлечений к ответственности, которые, по мнению стороны потерпевшей, свидетельствовали о том, что прежние наказания не помогли исправить его поведение.
Судья попытался выяснить финансовые обстоятельства непосредственно у Гусева. Тот пояснил, что в последние полтора года у него не было дохода и он жил на деньги, заработанные ранее. По его словам, он занимался IT-проектом, связанным с защитой кода, и ожидал финансирования, которое должно было поступить в ноябре 2025 года.
«Официально нигде ничего не получал», – заявил осужденный.
В последнем слове Антон Гусев вновь попросил прощения у семьи погибшей.
«Уважаемая судебная коллегия, я совершил большую ошибку, сев в нетрезвом состоянии за руль, вследствие чего произошел несчастный случай, в котором погиб человек. Я еще раз прошу прощения у семьи погибшей», – сказал он.
Гусев заявил, что не имел злого умысла и никому не хотел причинить вреда. Он также подчеркнул, что искренне раскаивается, полностью признает вину и осознает неизбежность наказания. Однако его извинения уже не вернут Валерию Султанову к жизни…
Осужденный попросил смягчить приговор, назвав полученный срок чрезмерно суровым (как и его адвокаты).
По итогам рассмотрения апелляции Воронежский областной суд оставил назначенное Антону Гусеву наказание без изменений – девять лет лишения свободы в колонии общего режима.
При этом размер компенсации морального вреда был снижен с 10 млн до 2,5 млн рублей. Суд учел добровольное возмещение 490 тыс рублей, перечисленных потерпевшей братом Гусева еще до вынесения приговора первой инстанции.
Таким образом, основная просьба защиты– смягчить девятилетний срок лишения свободы и изменить вид исправительного учреждения на колонию-поселение– удовлетворена не была. Однако по вопросу о компенсации решение изменилось существенно – в четыре раза.
Апелляция завершилась, но за юридическими спорами о сроках, режимах и денежных суммах остается главное – никакое судебное решение не вернет семье Валерии близкого человека.
