Летом прошлого года волонтеры движения «Альтернатива» (спасает людей из трудового и других видов рабства) приезжали в село Подколодновка Богучарского района Воронежской области. И вытащили с местной овощной фермы, принадлежащей Надежде Урывской, пять человек, которых там (вероятно) удерживали незаконно. Мы пишем "вероятно", потому что вопрос рабства здесь для многих спорный. Но об этом позже.
В этот раз волонтеры Алексей и Сергей забрали оттуда 41-летнюю Анастасию, уроженку города Петушки Владимирской области.
Как женщина попала на ферму?
Долгое время Анастасия работала в подмосковных Котельниках со своим мужем на складе крупного магазина. Супружеская пара любила выпить. В сентябре прошлого года муж женщины нашел собутыльника, но под действием «храброй воды» у новоиспеченных друзей возник конфликт. Мужчина взял бутылку и разбил ее об голову супруга Анастасии. Через некоторое время тот скончался от отека мозга.
Оставшись без мужа, Анастасия ушла с работы на складе (на это могло повлиять более активное употребление спиртного на фоне смерти супруга), попала в «рабочий дом» в Московской области, где была поваром. Но и там в силу каких-то причин не сложилось: женщина оказалась на Ярославском вокзале в Москве. Там ее нашел некий Слава, он предложил работу. Тоже поваром, но в другом месте.
В реальности все оказалось иначе. Женщину привезли в Богучарский район, трудиться в полях и теплицах. Там она находилась с конца марта.
Что такое современное рабство?
Оговоримся, что современное рабство слабо сочетается с обывательскими представлениями о такой форме эксплуатации. Нынешние рабы, как правило, люди с нездоровым образом жизни, которых заманили хорошей зарплатой, бесплатными проживанием и пропитанием. По факту на руки такие сотрудники получают не больше 10% от ожидаемой суммы – почти все средства уходят на оплату того самого проживания и пропитания.
Между тем, условия труда на подобных предприятиях обычно сильно не соответствуют даже номинальной зарплате. Качество жизни работяг тоже оставляет желать лучшего.
Условия
Работодатели обещали ставку 350 рублей в час. То есть стандартный график сулил доход 50-60 тыс. рублей в месяц (если нарабатывать 160-180 часов). Длительность смены – 12 часов с перерывом на обед. При этом отпусков или выходных на ферме нет. Они случаются только в сильный дождь или град, когда работать под открытым небом невозможно. Однако в таком случае могут отправить больше людей теплице, если на то будет необходимость.
В реальности дела с условиями труда обстоят еще хуже. На руки сотрудники богучарской фермы получают около 3 тыс. рублей в месяц. Почти все из этой суммы приходится тратить на гигиенические принадлежности и еду. Но зачем ее покупать, если владельцы фермы кормят своих сотрудников? Об этом дальше.
Теперь немного о местном распорядке. Рабочий день у «постояльцев» начинается в 6 часов утра. Завтрака нет.
– Просыпайся во сколько хочешь, но к половине шестого утра нужно всем уже собраться у сарая (сооружение на территории). И оттуда идем на работу, рассказала Анастасия.
В полдень наступает обеденный перерыв. Обычно он длится час, но, если на улице стоит сильная жара, его могут продлить до 16:00. Для работников первый прием пищи наступает именно в 12:00. После обеда все снова уходят в поля и теплицы, работая до 18:00. В 20:00 начинается ужин. Кстати, что в меню? По словам Анастасии, ничего хорошего в их рационе не было:
«Каждый день суп. Вода и перловка. Больше ничего в нем не было. И три куска черного хлеба. Перец, который собирали, ели. Ну а что ты его, каждый день будешь есть? На ужин давали сечку [измельченная крупа] и сосиска вареная, чем-то жидким полита сверху. И три кусочка хлеба черного».
После ужина расходиться никто не собирается, потому что к 22:00 привозят спирт, размешанный с водой. По крепости он примерно соответствует водке. Каждому работнику наливают по 250 грамм такого напитка. Анастасия утверждает, что пила не каждый день, так как колет обезболивающее и принимает его в таблетках – а сочетать лекарства и алкоголь вредно.
Проживают рабочие в бараках. Их там называют «общагами». На территории их как минимум три, при этом одна из них закрыта. По словам Анастасии, всего на плантациях работает около 80 человек.
Почему женщина не сбежала сама?
При попытке сбежать у человека, попавшего в современное рабство, обычно два исхода.
Исход первый – человек выходит за пределы предприятия и пытается добраться до ближайшей трассы, а оттуда до дома. Но есть загвоздка: документов и денег у него, как правило, нет. Добираться на попутках очень сложно – сейчас автомобилисты и так почти не подвозят стоящих на дороге людей, тем более – в не самом приличном виде, как зачастую и выглядят беглецы с таких «рабочих мест». С этими вводными человек может даже вернуться к «рабовладельцам» самостоятельно, потому что понимает: его затея сбежать невыполнима.
Исход второй – тебя могут поймать и привести силой. Так и случалось с нашей героиней. Вообще, по ее собственным словам, она пыталась сбежать 4 раза. Но каждый раз ее находили. Одна из попыток была наиболее успешной – Анастасия вышла на трассу с еще одним «узником фермы» и поймала машину. Водитель сказал, что едет в Москву, но привез своих пассажиров в Новоусманский район, на поля Центрально-Черноземной плодово-ягодной компании (ЦЧПЯК). Кстати, в декабре прошлого года волонтеры «Альтернативы» забрали оттуда пожилую пару невольников. На плодово-ягодной ферме Анастасия пробыла около недели: там ее заставили заниматься мелким ремонтом и приведением территории в порядок.
Но в один момент на ЦЧПЯК приехал сын «рекрутера» Славы, увидел женщину и вернул ее в Богучарский район. Возможно, руководители «яблочного завода» и овощной фермы знают друг друга и при необходимости обмениваются такими рабочими.
Было ли насилие?
Со стороны сожителей по «общаге» – нет. Мужчины и женщины находятся вместе, но время в бараках коротают по обоюдному согласию, без домогательств. Со стороны руководства насилие есть – говорит Анастасия.
«Бабка бьет людей. И мужиков взрослых. Унижает морально. Она в самом деле считает себя царицей, владычей морской, – рассказывает женщина про владелицу фермы – Как только начинается рабочий день, она включает свою шарманку, ходит по рядам и говорит: «Глазками стреляем [в поисках спелых перцев, например], по сторонам не смотрим, ускоряемся». И так каждую минуту, до обеда. После обеда то же самое».
Подвергалась ли насилию конкретно Анастасия? По ее словам, да. Например, во время неудачной попытки побега один из смотрителей избил ее. Бил, как говорит бывшая невольница, кулаками. Все это якобы происходило на глазах у Андрея, другого смотрителя. Он, кстати, присутствовал при освобождении женщины. С ним тоже удалось поговорить и услышать его версию событий.
Как спасали женщину и правда ли ее удерживали незаконно
На связь с «Альтернативой» вышла дочь Анастасии – Варвара. Она живет в Нижнем Новгороде. Периодически поддерживает связь с матерью. Та и объяснила девушке ситуацию, в которую попала. Благо, телефон для этого у женщины был. Более того, его ей купили сами «рабовладельцы» – в счет зарплаты, разумеется.
Варвара передала всю информацию Альтернативе, а 9 июля Сергей, Алексей и наш корреспондент приехали к предприятию. Сами волонтеры не проходили на территорию фермы, да и не имели права этого делать. На место вызвали полицию, спустя полчаса к плантации подъехал участковый. Но даже он не стал заходить внутрь. Правоохранитель сказал нам, что нужно подождать кого-то из руководства.
– Давайте подождем, представитель приедет, выведет гражданку, – сказал участковый.
– Кабана подождем? – спросил Сергей.
– Ну да…
«Кабан» – прозвище Андрея, одного из смотрителей. С ним Сергей и другие волонтеры знакомы еще со встречи в прошлом году. Хоть повод для общения далеко не самый позитивный, конфликтов в процессе разговора между «владельцем рабов» и их освободителями не было. Потому Андрей не постеснялся наговорить напоследок гадостей в адрес Анастасии. Не исключаем, что эти гадости могли быть правдивыми.
Так, после вечернего приема горячительных напитков Анастасия могла «накуралесить», устроить конфликт со своими соседями. Есть вопросы и к трудовой дисциплине:
«Таблеток на нее уходила обезбаливающих гора, у нее спина больная, – рассказывает Андрей, он же «Кабан» – работала день, лежала два дня».
А одна из попыток побега, по словам Кабана, у Анастасии сорвалась из-за алкоголя:
– Она в лесопосадке с девчонкой была, готовые валялись
– Не валялись, а сидели, – парировала женщина.
На ферме, как говорит Андрей, никто никого не держит. Любой рабочий может уйти: ворота открыты в течение дня, закрываются они только вечером. Более того, многие свободно уезжают. Правда, потом уходят в запой, у них кончаются деньги, и они уже сами звонят с просьбой их забрать на работы.
– Ну мы забираем, че делать. Раз человек просит, – говорит Андрей.
Во время нашего разговора с Кабаном в пяти метрах от нас стояли участковый и Анастасия. Полицейский опрашивал ее и предлагал написать заявление на предмет того, что ее незаконно удерживали. Расследованием занялись бы в СК. Однако Анастасия не стала этого делать. Позже сказала, что испугалась. В том числе, возможной необходимости вернуться сюда, но со следователем.
«У меня аж челюсть отвалилась. Сама вежливость…» – сказала бывшая невольница про рассказы Андрея, когда мы отъехали от плантации.
Но один факт из слов смотрителя женщина подтвердила: ее начальство переводило дочери Варваре по 10 тыс. рублей ежемесячно – в апреле, мае и июне. Правда, дочка потом перечислила их матери.
Поздним вечером мы привезли Анастасию в Воронеж. На поезде она поедет в Москву, встретится с родственницей, а оттуда доберется до города Петушки. Так Воронеж вклинился в этот знаменитый (в узких и не очень кругах) маршрут.
И напоследок, важное напоминание: алкоголь – зло! В этом тексте мы показали лишь один из вариантов, по которому пьющий человек может попасть в беду. К счастью, у него появилась альтернатива тому, чтобы навсегда остаться в неволе.
Все самое главное публикуем здесь
