Гостем редакции портала 36on.ru стал зам командира сводного казачьего отряда города Северодонецк армии Юго-Востока Николай Япрынцев. Полную картину того, что сегодня происходит в Донецкой и Луганской народных республиках сложно получить из пусть и многочисленных телевизионных сюжетов. Подробно и детально о том, как там строится жизнь может рассказать только человек, который эту жизнь строит там на месте. Государство Новороссиия в серии интервью с ополченцем Николаем Япрынцевым.
Военного развития конфликта на Юго-Востоке Украины, по словам Николая Япрынцева, никто не ожидал. Следили за событиями на Майдане и продолжали трудиться и зарабатывать. Ему 65 лет. Он работал одним из руководителей на крупнейшем в Советском Союзе химическом объединении «Азот». У него трое взрослых детей. Есть свой небольшой бизнес. Два года назад перенес инфаркт. Сегодня он воюет.
Стенограмма беседы Николая Япрынцева и Журналиста 36on.ru:
- Николай Захарович, когда в Кеве разгорался Майдан, как развивались события на Юго-Востоке?
- Работали, не обращали внимание. Да, Партия регионов направляла своих А мы просто работали. Потом уже, когда ситуация в Киеве стала обострятся все области поднялись это Полтавская, Харьковская, Черниговская, Донецкая, Запорожье… Все поднялись. Николаев, Одесса. Поднялись в том, чтобы прекратить бардак в Киеве. Потому что поняли, что к власти стал приходить Правый Сектор, фашисты.
- Т.е. получается, что протестный майдан оседлали фашисты?
- Да. 15 лет они готовились фашистские эти молодчики. Они проходили обучение. Они проходили в Западной Украине обучение. Это данные нашей армейской контрразведки.
- Если вы говорите, что столько областей участвовало в съезде представителей регионов, почему все это вылилось в активное сопротивление только в двух областях? Почему не пошли вместе с Крымом?
- Должны были вместе с Крымом. Но когда в Харькове собрался съезд активистов, со всех областей приехали, уже работали ПС, уже перехватывали и обстреливали автобусы. Наши активисты собрались в Харькове на съезд. На съезде должен был явиться Янукович и объявить о референдуме на Украине в этих областях. Янукович не явился туда.
- На весь Юго-Восток?
- Да. На весь Юго-Восток и вместе с Крымом. Он этого не сделал. Он нас обманул.
- Т.е. вы думали уже тогда об отделении?
- Да. У нас проходили митинги везде. Нам уже шли угрозы. Угрозы, что Россия – это захватчики, фашисты. Нас призывали и всю Украину против России поднимать оружие.
- После событий в Крыму, как у вас развивались события? Почему все сошло на нет?
- Сошло на нет, потому что когда в Крыму прошел референдум, они поняли, что потеряли Крым. Партия Регионов нас предала, они каждый испугались за собственный бизнес. Пошли аресты. После съезда где-то около 150 человек в первый раз в Харькове арестовано. Они пропали бесследно. Потом начали арестовывать активистов в Харькове, Николаеве, Одессе. В Черкасах, в Полтаве. Мы у себя сразу же оцепили блок постами все, чтобы наши активисты не пропадали.
- Почему не сделали того же самого в Одессе, Харькове, Николаеве? В Днепропетровске, в Запорожье?
- Потому что промедлили. В Днепропетровске было нормально. У них в самые первые дни все развивалось даже активнее чем в Донецке. Но когда пришел Коломойский главой администрации области, он сразу ПС ввел. Люди боятся: убивают даже за георгиевскую ленточку.
- У вас прошел референдум. Результаты озвучены, но где гарантия, что это желание всех жителей, ведь не во всех населенных пунктах его удалось провести?
- Перед референдумом Правый Сектор занял часть населенных пунктов. Они вошли от Мелового, в Новобелое, захватили Белокуракино, Старобельск, Айдар. Белокуракино, Сватово, Кременное. Дошли до Рубежного.
- Вы вообще, ожидали такого военного развития событий?
- Нет. Никто воевать не собирался. Никто не ожидал. Да мы хотели провести референдум мирно, чтобы услышали наше мнение. Никто не думали, что здесь начнется такое. Когда референдум шел, у нас даже на оккупированной территории, в которой войско стояло, люди подпольно уходили на референдум к нам. Там запрещено было референдум проводить, они приезжали к нам в дополнительные списки записывались. И у нас уже в 12 асов не хватало бюллетеней, начали избирательной комиссии звонить. Не буду врать, но еще где-то около 10 тысяч бюллетеней из Луганска получили дополнительно.
- Почему сразу не удалось создать активного сопротивления?
- Мы не думали, что так вот будут люди расстреливать людей. Никто не думал. Если б на сегодняшний день это все знать. Вот, например, в Сватово как ситуация складывалась: мер Сватово собрал 500 человек людей, мужчин, первые баррикады сделали, окружили город… И сказал, когда под Славянском, начнут бить правосеков, они начнут отступать, чтоб они не наш город. Сам организовал защиту своего города, и потом свой же город, людей предал. Он обратился в Правый Сектор, чтобы они вошли туда. И сразу же активисты арестованы были, а сочувствующих заставили под автоматами: или идете в армию или 15 лет. И таким образом они поступают на всех захваченных территориях.
- Это таким образом Нацгвардия пополняет свои ряды?
- Да. Они не спрашивают: желаешь ты, не желаешь. Вот в Красном Лимане они всех вывезли от 18 до 45. Всех мужчин вывезли в неизвестном направлении. Где они воюют, никто не знает. Вот некоторые из тех, кто сомневались, поддерживали там: за единую Украину там, вот эти люди, думаю, надеялись, что когда придут правосеки, то они будут также продолжать жить и процветать. Но этого не получилось.
- Т.е. какой-то процент полагал, что они отсидятся на диване?
- Да. Это на сегодняшний день есть и у нас в Северодонецке. Уезжают с семьями. Мы считаем их трусами, но оставаться не заставляем. Желает он так, пускай едет. У нас есть люди готовые защищать свой город, свою родную землю.
- Процентное соотношение лежащих на диване и ожидающих, что их кто-то придет защищать и тех, что готов с оружием в руках защищать?
- Тех, которые отлеживаются – это где-то процентов 5 – 6.
- Все-таки приходит понимание и к ним тоже?
- Да.
