Воронеж -- такое особенное место, где пробки возникают из ничего. Тюкнулись две машины на оживленной улице -- затор. Дорожники выломали бордюрный камень на Чернавском мосту -- несколько аварий и затор во весь мост. Проспект Революции одевают в новый асфальт -- город терпеливо стоит и ждет. Представители Воронежского управления ФСБ категорически отрицают свою причастность к возникновению 18 августа пробки на улице 20 лет Октября. Но именно они в тот день провели в школе № 12 масштабные учения с захватом заложников, минированием здания и привлечением сопричастных ведомств: МВД, МЧС, здравоохранения.
Пожарные машины, газели МЧС, полицейские джипы и, конечно, кареты скорой помощи в два ряда стояли у обочины. Чтобы проехать мимо, водители занимали очередь у Дома быта. Свистали гаишники. Как дятел бьет клювом именно туда, где затаился короед, они вылавливали в замершей под их взглядом колонне машин нарушителей. «Пьяного остановили -- по встречке ехал. Отправили на экспертизу, за машиной сейчас приедут», -- сообщили полицейские инспекторы. Старое, украшенное мемориальными досками здание 12-й школы было оцеплено патрулем.
В 1942 году врач Мухина организовала в подвале расположившегося в школе немецкого госпиталя и окрестных домах тайные лазареты для советских бойцов. Работая у немцев, Мухина доставала медикаменты и материалы для лечения красноармейцев. За что и была расстреляна 10 августа в школьном дворе. Двое выпускников школы -- Анатолий Таранин и Игорь Лазукин -- погибли в Афганистане. Однако чекисты выбирали место для учений, руководствуясь другими критериями. «Здание нестандартное, с пристройкой. Здесь удобно отрабатывать навыки по поиску террористов и освобождению заложников», -- сказала официальный представитель регионального управления ФСБ Татьяна Калинина. «По-хорошему, здесь должны работать 150 человек», -- пояснил командир подразделения «Антитеррор», высокий подполковник в черном, попросивший не снимать его лица. Воронежские чекисты обошлись четырьмя десятками спецназовцев.
По легенде террористы захватили 30 учеников и завуча. Бойцам «Антитеррора» предстояло обследовать здание сверху донизу, обезвредить террористов и освободить заложников. Взорвавшиеся с огнем и грохотом шашки заволокли школу густым белесым дымом. В дыму кашляли телеоператоры. Штурмовые тройки бесшумно скользнули в здание с разных сторон. Десять минут спустя грохнули шашки и обвешанные оружием фигуры в касках, пригнувшись и прикрывшись бронещитами, снова вошли в здание с разных сторон. Потом еще и еще. Из самой школы не раздавалось ни звука. Раз в окне второго этажа скользнула тень в каске. Через полчаса спецназовцы вывели с черного входа двух преступников и аккуратно уложили их на асфальт лицом вниз. «Ну вот, еще двое террористов нейтрализованы», -- сообщил и. о. начальника управления ФСБ Олег Бурлин. Заложников выводить не стали -- они были условными. Подполковник в черном доложил о завершении операции.
Не успел он отойти, как взрывотехник доложил об обнаруженной в школе бомбе. Последовала команда вынести взрывное устройство из здания и ликвидировать. За адской машиной отправился человек в бомбовом костюме, похожий на тяжелого водолаза. Мерно дыша через длинный, свисавший с круглого шлема хобот, взрывотехник скрылся в здании и вскоре вернулся, держа в длинном зажиме замотанный изолентой сверток. Положил бомбу на асфальт, принес из машины устройство, похожее на микроскоп, и установил его над свертком. «Приступить к ликвидации», -- хрипнуло в рации. «Микроскоп» хлопнул, сверток разлетелся в клочья. «Разрушитель», -- пояснил взрывотехник ФСБ, следивший от машины за действиями товарища. На вопрос, как работает устройство, широко улыбнулся.
Завывая сиренами, школу окружили пожарные машины, зеленые и черные шлемы сменились белыми, люди в брезенте вставляли в люки гидранты и разматывали рукава. В тени под деревьями распахнули свои двери автомобили Центра медицины катастроф и городской станции скорой помощи. На застеленные белоснежными простынями каталки легли улыбающиеся пострадавшие. С коленчатого подъемника, способного достать до седьмого этажа, пожарные пустили на угол школы тоненькую струйку воды. В углу школьного двора синела палатка МЧС с надписью «Штаб пожаротушения». Бригада психоневрологического диспансера была готова оказать помощь пострадавшим. Бурляев наблюдал за действиями ведомств с непроницаемым лицом. «В ходе учений все подразделения показали высокий уровень координации. Руководителями штаба будут подведены итоги и выработаны дополнительные рекомендации по укреплению системы мер обеспечения безопасности граждан, проживающих на территории области», -- сказал он позже журналистам.
Примерно в полдень учения завершились. Уехали члены оперативного штаба и пожарные машины, полиция наконец сняла оцепление, и жители проходящей за школой улицы 5 декабря ринулись к продуктовому киоску. В отличие от медиков с пожарными, оцепление на учениях работало по-взрослому, по-настоящему.
Печатную версию материала читайте в газете "Воронежский Курьер".
Пожарные машины, газели МЧС, полицейские джипы и, конечно, кареты скорой помощи в два ряда стояли у обочины. Чтобы проехать мимо, водители занимали очередь у Дома быта. Свистали гаишники. Как дятел бьет клювом именно туда, где затаился короед, они вылавливали в замершей под их взглядом колонне машин нарушителей. «Пьяного остановили -- по встречке ехал. Отправили на экспертизу, за машиной сейчас приедут», -- сообщили полицейские инспекторы. Старое, украшенное мемориальными досками здание 12-й школы было оцеплено патрулем.
В 1942 году врач Мухина организовала в подвале расположившегося в школе немецкого госпиталя и окрестных домах тайные лазареты для советских бойцов. Работая у немцев, Мухина доставала медикаменты и материалы для лечения красноармейцев. За что и была расстреляна 10 августа в школьном дворе. Двое выпускников школы -- Анатолий Таранин и Игорь Лазукин -- погибли в Афганистане. Однако чекисты выбирали место для учений, руководствуясь другими критериями. «Здание нестандартное, с пристройкой. Здесь удобно отрабатывать навыки по поиску террористов и освобождению заложников», -- сказала официальный представитель регионального управления ФСБ Татьяна Калинина. «По-хорошему, здесь должны работать 150 человек», -- пояснил командир подразделения «Антитеррор», высокий подполковник в черном, попросивший не снимать его лица. Воронежские чекисты обошлись четырьмя десятками спецназовцев.
По легенде террористы захватили 30 учеников и завуча. Бойцам «Антитеррора» предстояло обследовать здание сверху донизу, обезвредить террористов и освободить заложников. Взорвавшиеся с огнем и грохотом шашки заволокли школу густым белесым дымом. В дыму кашляли телеоператоры. Штурмовые тройки бесшумно скользнули в здание с разных сторон. Десять минут спустя грохнули шашки и обвешанные оружием фигуры в касках, пригнувшись и прикрывшись бронещитами, снова вошли в здание с разных сторон. Потом еще и еще. Из самой школы не раздавалось ни звука. Раз в окне второго этажа скользнула тень в каске. Через полчаса спецназовцы вывели с черного входа двух преступников и аккуратно уложили их на асфальт лицом вниз. «Ну вот, еще двое террористов нейтрализованы», -- сообщил и. о. начальника управления ФСБ Олег Бурлин. Заложников выводить не стали -- они были условными. Подполковник в черном доложил о завершении операции.
Не успел он отойти, как взрывотехник доложил об обнаруженной в школе бомбе. Последовала команда вынести взрывное устройство из здания и ликвидировать. За адской машиной отправился человек в бомбовом костюме, похожий на тяжелого водолаза. Мерно дыша через длинный, свисавший с круглого шлема хобот, взрывотехник скрылся в здании и вскоре вернулся, держа в длинном зажиме замотанный изолентой сверток. Положил бомбу на асфальт, принес из машины устройство, похожее на микроскоп, и установил его над свертком. «Приступить к ликвидации», -- хрипнуло в рации. «Микроскоп» хлопнул, сверток разлетелся в клочья. «Разрушитель», -- пояснил взрывотехник ФСБ, следивший от машины за действиями товарища. На вопрос, как работает устройство, широко улыбнулся.
Завывая сиренами, школу окружили пожарные машины, зеленые и черные шлемы сменились белыми, люди в брезенте вставляли в люки гидранты и разматывали рукава. В тени под деревьями распахнули свои двери автомобили Центра медицины катастроф и городской станции скорой помощи. На застеленные белоснежными простынями каталки легли улыбающиеся пострадавшие. С коленчатого подъемника, способного достать до седьмого этажа, пожарные пустили на угол школы тоненькую струйку воды. В углу школьного двора синела палатка МЧС с надписью «Штаб пожаротушения». Бригада психоневрологического диспансера была готова оказать помощь пострадавшим. Бурляев наблюдал за действиями ведомств с непроницаемым лицом. «В ходе учений все подразделения показали высокий уровень координации. Руководителями штаба будут подведены итоги и выработаны дополнительные рекомендации по укреплению системы мер обеспечения безопасности граждан, проживающих на территории области», -- сказал он позже журналистам.
Примерно в полдень учения завершились. Уехали члены оперативного штаба и пожарные машины, полиция наконец сняла оцепление, и жители проходящей за школой улицы 5 декабря ринулись к продуктовому киоску. В отличие от медиков с пожарными, оцепление на учениях работало по-взрослому, по-настоящему.
Печатную версию материала читайте в газете "Воронежский Курьер".
