Гидрометцентр обещает потепление до 20 градусов. Однако у местных чиновников главной темой остается подготовка к отопительному сезону. Паспорта готовности к холодам получили все муниципалитеты региона, как обычно, кроме Воронежа. Долг МКП "Воронежтеплосеть" перед газовиками составляет около 40 млн рублей. Официально отопительный сезон начинается после подтверждения от метеорологов, что среднесуточная температура в течение пяти дней ниже восьми градусов.
Среди социальных учреждений города проблемным называется садик № 23 на проспекте Революции. Технически к отопительному сезону готовы практически все котельные, подающие тепло к жилым домам и объектам соцсферы. По крайней мере, есть соответствующие акты. Исключение составляют 16 котельных в Воронеже. Впрочем, первый вице-мэр Сергей Крючков говорит, что до конца недели все проблемы, в том числе по задолженности "Теплосети", разрешатся. Сейчас на весь город без соответствующих паспортов готовности 36 домов. Но, по данным "ВК", в некоторых зданиях проблемы с подготовкой за несколько дней точно не устранить.
Управляющие компании, входящие в некоммерческое партнерство "Воронежская коммунальная палата" депутата облдумы, местного руководителя проекта "Единой России" "Управдом" Вадима Ишутина, отчитались о готовности практически всех своих домов. Из 3 тыс. зданий 80% -- под давлением. Специалисты ВКП, контролирующей до 60% рынка, отмечают, что в 2011 году ужесточился подход ресурсоснабжающих организаций к выполнению нормативных требований. Дома принимают строже, чем обычно. В частности, предъявляются требования к закрытому контуру зданий: разбитые стекла, незакрывающиеся двери или просто дыры в них. УК не против, но утверждают, что латать пробоины в местном ЖКХ летом бессмысленно. Окна вновь разбивают, для кого-то лишние двери снимают, поэтому УК и начинают приводить в норму внешний вид домов где-то с сентября по ноябрь. А если представители РСО видят в доме разбитое стекло, УК пишет гарантийное письмо. Иначе акт готовности ей не видать.
Не менее сложны для УК требования к теплоизоляции труб в подвалах. Особенно если речь идет о старом жилфонде, где их никогда не изолировали. Ограждать трубы от внешней среды зачастую бессмысленно: коммуникации гнилые и требуют капремонта. Сложности у "коммунальщиков" и с соблюдением требования к исправности элеваторных узлов, наличию сопел и дроссельных шайб. Инженеры УК делают такие шайбы, но, если поблизости от зоны их ответственности находится дом ТСЖ или вообще нежилое помещение, нет гарантии, что в зданиях также озаботились соблюдением тепловых норм. В таком случае к соседям тепло поступает свободным потоком, давление никак не регулируется. И если такой дом стоит ближе к котельной, он может замыкать на себя большую часть тепла, оставляя остальным холодные батареи. В теории проблема до сих пор не решена. А на практике, установив шайбу по расчету, чтобы РСО приняла дом, в отопительный сезон слесари ее рассверливают, опытным путем подбирают диаметр, который позволяет перебить поток тепла предыдущего дома. Участникам рынка очевидно, что требование РСО по гидравлическим расчетам -- правильное, но оно не обернется головной болью в случае, если контроль за его исполнением будет одинаково строг как для домов под управлением УК, так и для ТСЖ, владельцев нежилых помещений.
Не менее интересное условие для приемки дома -- наличие элеваторного узла. Дело в том, что в том же Воронеже люди живут в двух-трехэтажных зданиях, рассчитанных на четыре-восемь квартир, где подвал вообще не предусмотрен. Чтобы РСО подписала акт, надо вырыть яму, оборудовать там элеваторный узел, модернизировать систему отопления. Стоит такое удовольствие 250 -- 500 тыс. рублей, а плату за него перекладывают на собственников. В лучшем случае на одну квартиру приходится более 30 тыс. Понятно, что на соблюдение правил добровольно не решается ни один обитатель старого жилфонда. Тем более что весомая часть из таких домов, например на левом берегу, признана аварийной постановлением гордумы. Согласитесь, мягко говоря, неразумно устанавливать элеваторный узел за 300 тыс. рублей на доме, который планируется снести до 2015 года. Конечно, РСО и УК в любой сложной ситуации могут договориться, но затем предъявить им претензии по качеству поставленного ресурса практически невозможно. Крайним окажется малоимущий собственник ветхого жилья.
Среди социальных учреждений города проблемным называется садик № 23 на проспекте Революции. Технически к отопительному сезону готовы практически все котельные, подающие тепло к жилым домам и объектам соцсферы. По крайней мере, есть соответствующие акты. Исключение составляют 16 котельных в Воронеже. Впрочем, первый вице-мэр Сергей Крючков говорит, что до конца недели все проблемы, в том числе по задолженности "Теплосети", разрешатся. Сейчас на весь город без соответствующих паспортов готовности 36 домов. Но, по данным "ВК", в некоторых зданиях проблемы с подготовкой за несколько дней точно не устранить.
Управляющие компании, входящие в некоммерческое партнерство "Воронежская коммунальная палата" депутата облдумы, местного руководителя проекта "Единой России" "Управдом" Вадима Ишутина, отчитались о готовности практически всех своих домов. Из 3 тыс. зданий 80% -- под давлением. Специалисты ВКП, контролирующей до 60% рынка, отмечают, что в 2011 году ужесточился подход ресурсоснабжающих организаций к выполнению нормативных требований. Дома принимают строже, чем обычно. В частности, предъявляются требования к закрытому контуру зданий: разбитые стекла, незакрывающиеся двери или просто дыры в них. УК не против, но утверждают, что латать пробоины в местном ЖКХ летом бессмысленно. Окна вновь разбивают, для кого-то лишние двери снимают, поэтому УК и начинают приводить в норму внешний вид домов где-то с сентября по ноябрь. А если представители РСО видят в доме разбитое стекло, УК пишет гарантийное письмо. Иначе акт готовности ей не видать.
Не менее сложны для УК требования к теплоизоляции труб в подвалах. Особенно если речь идет о старом жилфонде, где их никогда не изолировали. Ограждать трубы от внешней среды зачастую бессмысленно: коммуникации гнилые и требуют капремонта. Сложности у "коммунальщиков" и с соблюдением требования к исправности элеваторных узлов, наличию сопел и дроссельных шайб. Инженеры УК делают такие шайбы, но, если поблизости от зоны их ответственности находится дом ТСЖ или вообще нежилое помещение, нет гарантии, что в зданиях также озаботились соблюдением тепловых норм. В таком случае к соседям тепло поступает свободным потоком, давление никак не регулируется. И если такой дом стоит ближе к котельной, он может замыкать на себя большую часть тепла, оставляя остальным холодные батареи. В теории проблема до сих пор не решена. А на практике, установив шайбу по расчету, чтобы РСО приняла дом, в отопительный сезон слесари ее рассверливают, опытным путем подбирают диаметр, который позволяет перебить поток тепла предыдущего дома. Участникам рынка очевидно, что требование РСО по гидравлическим расчетам -- правильное, но оно не обернется головной болью в случае, если контроль за его исполнением будет одинаково строг как для домов под управлением УК, так и для ТСЖ, владельцев нежилых помещений.
Не менее интересное условие для приемки дома -- наличие элеваторного узла. Дело в том, что в том же Воронеже люди живут в двух-трехэтажных зданиях, рассчитанных на четыре-восемь квартир, где подвал вообще не предусмотрен. Чтобы РСО подписала акт, надо вырыть яму, оборудовать там элеваторный узел, модернизировать систему отопления. Стоит такое удовольствие 250 -- 500 тыс. рублей, а плату за него перекладывают на собственников. В лучшем случае на одну квартиру приходится более 30 тыс. Понятно, что на соблюдение правил добровольно не решается ни один обитатель старого жилфонда. Тем более что весомая часть из таких домов, например на левом берегу, признана аварийной постановлением гордумы. Согласитесь, мягко говоря, неразумно устанавливать элеваторный узел за 300 тыс. рублей на доме, который планируется снести до 2015 года. Конечно, РСО и УК в любой сложной ситуации могут договориться, но затем предъявить им претензии по качеству поставленного ресурса практически невозможно. Крайним окажется малоимущий собственник ветхого жилья.
