Портал 36on.ru представляет новый исследовательский проект «Воронежцы». Мы решили поговорить с людьми, которые по долгу своей службы имели и имеют возможность видеть воронежцев в разных условиях и состояниях. Это социологи, историки, организаторы массовых праздников и т.п.
Своими мыслями поделился экс-милиционер, правозащитник, который сейчас находится под домашним арестом, Роман Хабаров.
- Считаете ли вы себя воронежцем и почему?
- Воронежцем себя считаю. Городом своим горжусь. Всегда подчеркиваю в общении с кем-либо, что я именно из Воронежа. Во время службы в армии и учебы в Астраханской школе милиции, а также во время пребывания за границей, столкнулся с тем, что наш город, который к порогу миллиона жителей подошел уже несколько десятилетий назад и уже не одно столетие является крупным и значимым региональным центром России (пусть и провинциальным, но у нас вся страна провинциальная, кроме двух столиц), очень часто бывает категорически неизвестен не только иностранцам, что, в общем, неудивительно, но и нашим соотечественникам. У меня переспрашивали, как в сюжете передачи “Наша Раша”: “Воронеж? А где это?”. Причины этого неведения мне точно не известны. Предполагаю, что в новостных передачах и других программах СМИ наш город действительно нечасто появляется. Во времена СССР этому могло быть причиной большое количество предприятий космической и военной промышленности в Воронеже, плюс атомная станция, что породило некую завесу если не секретности, то умолчания вокруг нашего города. И я всегда тратил несколько минут на разъяснение географического положения, стратегического значения, исторической роли и современной значимости моего города. Надеюсь, что ни один из собеседников не забыл после этого разговора, что есть из себя Воронеж. Забавно, что как раз деятели художественного слова никогда не обделяли наш город вниманием. Л. Филатов: “Пожалей меня стрелец. Я - разбойник. Я - подлец. Я сошлю себя в Воронеж, я сошлю себя в Елец…”. Рыжий, словоохотливый турист из Воронежа в монологе Г. Хазанова “В ночное”... Ну а уж резиденты “Камеди-клаб” наш город вообще особенно “любят”.
- Что для вас значит понятие “воронежец” с профессиональной точки зрения?
- Как практикующий юрист (руководитель юридической фирмы) могу сказать,что Воронеж - это город-миллионник с активной экономической деятельностью, порождающей широкий рынок для оказания юридических услуг самого разного спектра и объема при крайне низком уровне правовой грамотности населения, включая участников этой самой экономической деятельности. То есть без работы я тут не останусь.
Как правозащитник скажу, что укоренившаяся привычка воронежских правоохранителей самых разных уровней и ведомственной принадлежности к пренебрежению законом, вплоть до элементарных правовых процедур и процессуальных норм, порождает бесчисленное количество пострадавших от этого беззакония. Например, московские следователи такого вопиющего пренебрежения уголовным процессом себе не позволяют. Там и население пограмотнее, и начальство федеральное поближе. Приходится себя строже вести. А Воронеж - это провинция. На этот раз в негативном смысле. Так что без работы я, как правозащитник, тоже не останусь.
- Изменился ли облик воронежцев за то время, которое вы их (нас, вас, себя) наблюдаете?
- Воронежцы - это еще в массе своей не горожане. Не буду сейчас долго распространятся на тему городской культуры, ее отличия от культуры сельской (которая ни в коем случае не хуже, а просто принципиально другая). Под культурой я, разумеется, понимаю не только арт-деятельность, а всю городскую среду, быт, повседневность, способ проведения досуга, организации жизни... Нашему любимому городу еще предстоит вырастить поколение, которое воспримет городскую культуру как органичную часть самих себя. И вот именно это постепенно, на моих глазах, происходит с воронежцами. Они становятся горожанами. И это меня вдохновляет.
Текст опубликован в рамках гранта Гильдии аналитических журналистов
"Мы разные, но мы вместе"
"Мы разные, но мы вместе"
