Начнем с того, что постановщик спектакля Руслан Кудашов, лауреат «Золотой маски», победитель множества театральных конкурсов и главный режиссер Большого театра кукол в Санкт-Петербурге, судя по всему, давний поклонник и ценитель творчества нашего Андрея Платонова.
Иначе бы откуда взяться названию «Потудань» для театра кукол, художественным руководителем которого является Кудашов, в далеком от наших мест городе Санкт-Петербург.
К тому же творческий союз одного из самых востребованных режиссеров нашего времени и коллектива Брестского театра кукол, известного всей просвещенной Европе своими блистательными работами, просто обречен был стать событием в театральной жизни постсоветского пространства.
Забегая вперед, скажу: так и случилось!
На родине, в Беларуси, «Фро» признан лучшим спектаклем года. И не случайно…
Спектакль длится всего час и пять минут, но за это время ты успеваешь испытать такую гамму чувств и эмоций, как будто окунулся во что-то безбрежное и глубокое, не имеющее ни конца, ни начала. Это, наверное, и есть искусство.
Оно же приходит из иных сфер, заставляет нас вибрировать и трепетать, иногда без видимых и явных на то причин.
Никто же не кричит нам со сцены: «Плачьте» или «Смейтесь», а мы плачем и смеемся.
Мы смотрим на эти танцующие лопаты, на картонные галстуки, на самолетики, на паровозы в виде чайника и печатной машинки и какая-то блаженная жуть охватывает от того, что это все такое живое и настоящее.
Абсолютно бесстрашная работа настоящего большого мастера, который не боится обвинений в пошлости, многословии, слишком ярком или слишком мрачном подходе к материалу.
При этом нежность в обхождении с текстом Платонова, аккуратность, почти любовная, настолько бросается в глаза, что хочется выскочить на сцену и обнять всех артистов. За то, что они услышали, почувствовали, и не поскупились на сцене, не пожадничали. Отдали все, что смогли.
Ведь все это – и неуклюжая хрупкость любви и грубая, порой хлесткая платоновская фраза, заворачивающая повествование в пространство несовместимости с реальным представлением о жизни – все это есть.
Иногда просто орать хочется на тех интерпретаторов Платонова, которые не видят этого. Ослепли вы что ли?
Лиричность прозы Платонова иногда зашкаливает в своей откровенности, работать с ней невероятно сложно. Можно свалиться в Зощенко, которого тоже воспринимают зачастую однобоко, или в какого-нибудь Франца Кафку или вообще не приведи Бог в мелодраму.
В том-то и гениальность прозы нашего земляка, что все это единое пространство, единый космос. Где мечты о любви рядом со строительством коммунизма, механизмы могут быть живыми, могут плакать и жаловаться, люди иногда сливаются с природой, звуками мира, предметами.
И вот представьте себе, что Руслан Кудашов и труппа Брестского театра кукол просто взяли и сделали то, что мне казалось почти невозможным.
Они прочитали нам Платонова заново.
Это было какое-то волшебство, магия.
И пока это первый спектакль в программе фестиваля, на который хотелось бы сходить еще.
И, наверное, не раз.
