Десять лет назад, 12 мая 1999 года, в возрасте 37 лет в Москве во время операции на сердце скончался главный художник Кольцовского театра Алексей ГОЛОД
В памяти всех, кто знал Алексея Ильича по работе или часто общался с ним в личной жизни, он остался светлым и добрым человеком. Не очень часто встречаются на жизненном пути такие люди: чтобы степень таланта и человечности были так уравновешены. Нередко Дар Божий дается людям жестким и жестоким, которые реализуют его без оглядки на окружающих.
Алексею Ильичу было отведено в этой жизни всего 37 лет. Он скончался в расцвете творческих сил и возможностей.
…В Воронеж выпускник художественно-постановочного факультета Ленинградского государственного института театра, музыки и кино (тогда ЛГИТМИК, сегодня СпАТИ – Санкт-Петербургская академия театрального искусства) приехал на должность очередного художника-постановщика в середине 1980-х. Ему повезло, что вскоре здесь же появился назначенный главным режиссером Анатолий Иванов, ныне художественный руководитель театра,Народный артист России.
Начинающему художнику-постановщику Алексею Голоду как раз требовался режиссер, который ставил бы перед ним высокую художественную «планку». Таким режиссером и оказался Анатолий Иванов. Весной 1988 года состоялась их совместная премьера - «Уроки музыки» по пьесе социально и нравственно ориентированного, а потому полулегального в то время драматурга Людмилы Петрушевской. Осенью того же 1988 года состоялась другая совместная премьера Иванова и Голода – «Барменша из дискотеки» по повести Ю. Андреева. А в конце ноября и главный режиссер и художник Алексей Голод были уже в Чехословакии, в городе Брно, где ставили «Собачье сердце» Михаила Булгакова. Постановка оказалась успешной и закрепила творческий тандем. Режиссер Анатолий Иванов признал в художнике Алексее Голоде – своего. Обладая прекрасным видением сценического пространства, безупречным вкусом в компоновке его частей, молодой художник вскоре стал творческим соратником опытного режиссера. В конце 1988 года двадцатисемилетний Алексей Ильич Голод назначается главным художником Воронежского академического театра драмы.
В 1989 году состоялась очередная совместная постановка режиссера и художника – остросатирическая и политическая комедия «Самоубийца» по пьесе гениального драматурга Николая Эрдмана. В ней в полной мере проявилась довольно редкая у художников сцены, но весьма характерная для творчества Алексея Голода способность задавать элементам сценографии вещественную и смысловую многофункциональность. Занимающая значительное пространство сцены кровать-мастодонт, метафора махрового быта 1920-х годов, исполняет тройственную функцию – и колыбель, и гроб, и кладбище… Роль сценографии в этой постановке трудно переоценить. Актерам работалось в ней легко и комфортно. Недаром редакция журнала «Театральная жизнь» присудила тогда Анатолию Иванову приз и бронзовую «Нику».
Если в «Самоубийце» каждый элемент оформления впрямую работает на идею спектакля, усиливая гротесковую природу персонажей, то в постановке «Все в саду» по пьесе Эдварда Олби светлое, изящное оформление контрастирует с жутковатой фабулой действия. Полувоздушное, текуче орнаментированное кружево декорации условно локализует каждую мизансцену в общем пространстве интерьера на вилле типичной американской пары. Здесь почти отсутствуют предметы мебели, быта – лишь необходимый минимум. Много воздуха, пространства, в котором появляются внешне респектабельные пары: стройные дамы – в изысканно белом, под стать им мужчины – в изысканно черном. И на глазах зрителей в этом изящном интерьере, созданном фантазией художника Алексея Голода, разворачивается чудовищная спираль коллективного преступления.
Поставленные уже в 1990-е годы совместные с Анатолием Ивановым спектакли – «Любовь по переписке» по В. Войновичу, «Коломба» Ж. Ануя, также, как и «Все в саду» Э. Олби, с успехом были показаны на фестивалях в Москве и получили высокую оценку. Критик С. Надеждин в те годы в «Советской культуре» посвятил Алексею Голоду большую статью «Линия определяет стиль», оценив своего героя как «одного из самых одаренных и многообещающих художников театральной России».
За время работы в Кольцовском театре Алексей Ильич полностью обновил театральную рекламу. Появились фантазийно исполненные театральные программки, смыслово выразительные театральные афиши и плакаты.
В театре его любили все. За доброту, интеллигентность, высокий профессионализм, за мягкую, застенчивую улыбку. Никто никогда не слышал от него ни грубого слова, ни злого, раздражительного тона в голосе. Он терпеть не мог пошлости, грубых анекдотов, агрессивных людей.
Он очень любил жизнь. Любил Красоту во всех ее Божественных проявлениях. Его работы эстетически изящны, глубоки по смыслу.
Кажется, еще совсем недавно на нашей сцене шли спектакли в его оформлении – «Странная миссис Сэвидж», «Канары – это в Испании, мама!», «Театральный романс», «Доходное место»…
Прошедший 12 мая на сцене Кольцовского театра спектакль «Собачье сердце» по М.А. Булгакову в совместной постановке Анатолия Иванова и Алексея Голода (первая постановка состоялась в городе Брно в 1989 году) посвящается памяти Алексея Ильича Голода.
Коллектив театра помнит прекрасного Человека.
Художника.
