Эту заметку я пишу в кратком перерыве между сладкими огородными заботами. На улице сейчас хорошо: тепло, везде новенькая травка растет, птицы поют хорами и сольно, а комаров пока нет. И пока я сыплю семена по моим грядкам, я думаю о том, что в общественном сознании образ деревни сильно отличается от реальности. И поэтому сегодня я вам расскажу, что из традиционных деревенских явлений и занятий тут еще существует, а чего давно уже нет.
Итак, чего не бывает.
Давно уже никто в деревне не топит самовар для чаю. У всех чайники, а самовары давно проданы перекупщикам антиквариата. А еще век назад пузатый «начальник стола» был в каждой избе. И сапогом раздували, и шишками топили. Старушки наши еще помнят, как это делалось. Ставят на плиту алюминиевый чайник и долго рассказывают…
Не бродит по улицам одинокая гармонь. И девушки спят себе спокойно. Потому что в нашей деревне последние гармонисты – люди пожилые, семейные, и играют раз в год под настроение. А молодняк не умеет, да и не собирается, и поэтому услышать гармошку можно разве что на свадьбах, и то его пойди найди. Гармонисты нынче – люди редкие, на несколько сел один.
Понемножку утрачиваются праздники. И Масленицу давно не жгут, и колядки почти забылись. Хороводы не водят уже почти век. Не ходят драться по праздникам «на кулачки». Такие драки между молодыми парнями – вовсе не пьяный разгул, как это иногда представляли в советских газетах. Еще в пятидесятые годы двадцатого века в нашем селе молодежь собиралась и шла улица на улицу по всем правилам честного боя: до первой крови. Дрались, как рассказывают, каждый престольный праздник – «москальский» край села шел стеной на «хохольский». Деление было именно таким, потому что когда-то царь Петр свез сюда мастеров из Украины и России, и поселил вместе, чтобы строили ему на Дону флот. Поселились они рядом, но на особицу, и регулярно выясняли, кто боевитей. Такие кулачные бои были ритуалом, демонстрацией силы и удали. Были, да сплыли, драться особо некому, и потому увидеть настоящий кулачный бой стенка на стенку можно у нас в селе только на Ютубе.
По деревням уже давным-давно не бродят свиньи и не лежат живописно в лужах. Свиней для пущего привесу держат в тесных клетушках, чтобы они не очень-то разгуливали.
Не играют пастухи на дудочках. Искусство соорудить музыкальный инструмент из прутика, коровьего рожка или тростника давно кануло в историю, и самих напевов никто уже не помнит.
Не ездят мальчишки пасти лошадей в ночное. Кончились лошади на селе, и мальчишки не умеют и боятся ездить верхом. Лошадиная работа теперь делается тракторами и мотоблоками, перед девчонками гарцуют на скутерах, а истории про конокрадов и табуны колхозных коней вспоминают старожилы все реже.
Не ловят мальчишки и птиц. Искусство плести силки на щеглов и чижей и строить им клетки из ивового прута тоже осталось в прошлом веке.
Не топят русские печи, даже в тех домах, где они сохранились. При наличии газового отопления печь становится элементом мебели, а не сердцем дома.
А что бывает:
Печки не в ходу, но в деревне по-прежнему некоторые хозяйки пекут свой хлеб, ставят дрожжевое тесто бродить в алюминиевые формы, и потом вынимают душистые буханочки.
По-прежнему деревенские люди косят сено вручную, и каждое лето по селу можно услышать звон: мужики отбивают косы. И не важно, что основной запас сена будет куплен в колхозе, и его привезут в рулонах: все равно, хотя бы маленький клинышек селянину нужно взять косой, рано-рано утром, - и тогда ему хорошо, и мир стоит правильно.
До сих пор на селе соблюдаются церковные праздники: работать по воскресеньям грешно. Эти люди практически не ходят в церковь, но раз в неделю они все равно разгибаются и выходят с огородов. Сейчас по огородам полно народу: все стараются успеть до Пасхи, чтобы в светлое воскресенье грядки были засеяны, и душа радовалась.
Кстати, о Пасхе. В нашем селе любима и ежегодно соблюдается традиция «Звони, кто хочет». Один раз в году, по случаю воскресения Христова, колокольня открыта всем желающим, и каждый, кто смел, может забраться по шаткой лесенке к колоколам, взяться за веревки и позвонить во славу божию.
Весь день с колокольни несутся разные музыки, то протяжные, то плясовые, и идущие мимо останавливаются послушать и улыбаются.
И еще на селе до сих пор поют. Собираются прямо на улице в кружок и поют разные песни, народные и советские, русские и украинские. И не кричат пьяным ором, а ведут на несколько голосов. Нечасто это можно услышать, и все-таки можно.
Старый уклад почти кончился, а новый пока не начался. И новый, похоже, будет зависеть от тех, кто собирается жить в деревне дальше. И от тех навыков и умений, без которых не обойтись. Мы, понаехавшие из города, все чаще выныриваем из родимых мониторов и гаджетов, и понемножку, малыми шажками, пробуем на вкус разные деревенские обычаи. Учимся прясть, ткать, косить, ходим с колядками, поем народные песни этих мест и держим коней. Есть шанс, что через это мы лучше поймем нашу землю и, наверное, себя. Мы не пытаемся «жить, как в старину», и не исповедуем славянские древности. Мы исследуем, есть ли смысл в такой жизни сейчас, и нужно ли это хоть кому-то в век торжествующего айпада. И нам пока интересно.
