Мы встретились с Юрием Тарасовым в воронежской больнице «Электроника», где он в очередной раз пытается залечить рану, полученную в зоне проведения СВО. Юрию 31 год, живёт в Новой Усмани, проходил срочную службу в войсках ПВО в 2010-11 годах в Подмосковье, потом несколько раз служил по контракту в ВДВ. В 2014 году была первая командировка в Донбасс, на три месяца. В 2015 году получил от Миноброны госнаграду — «Медаль Жукова». В апреле 2022 года заключил новый контракт с Министерством обороны и отправился служить на постукраинские территории.
— Сначала было краткосрочное пребывание на полигоне близ Валуек, где мы вспоминали навыки обращения с оружием. Через некоторое время нас направили к селу Долгенькое под Изюмом, в Харьковской области. Никто из командования нам не сказал, какое нас там ждёт сопротивление. Наша рота вообще собиралась расквартироваться в заброшенном здании не то детского сада, не то почты в хуторе неподалёку. Хорошо, что военные, которые уже были некоторое время на местности, нас от этого отговорили, сказали, что район простреливается. Мы отошли в другое место в лесополке, замаскировались там, а то здание, где хотели остановиться, той же ночью накрыли из «Града».
Потом нас отправили на штурм Долгенького, которое было укрепрайоном ВСУ. Там были многочисленные доты и дзоты противника, окопались они там как следует. 120-миллиметровые миномёты по нам работали постоянно. Танк выкатится из-за бетонной плиты, выстрелит и обратно — никакой «Град» его не берёт. А мы не могли ожидать, что будет такое сопротивление, нам всё говорили, что зайдём спокойно. Непонятно, зачем. А когда мы ехали на штурм, возвращавшиеся с тех мест десантники нам показывали жест рукой по горлу — то есть «крышка вам». В посёлок зашли ненадолго, но оттуда нас быстро выбили.
Вот в боях под Долгеньким я и получил минно-взрывное ранение в предплечье, миномётный осколок повредил нерв. Потерял сознание. Отправили в полевой госпиталь, сделали первые необходимые уколы, потом на «вертушке» отправили в госпиталь где-то в тылу, там уже работали хирурги, вытащили осколок. Ну, как в тылу, туда рядом прилетели осколки от сбитой «Точки-У», сожгли технику, кого-то опять сильно ранило. Потом в Белгородскую область отправили, в полевой госпиталь в Валуйский район; затем в Воронеж на неделю, после этого в Подмосковье, там уже лечили до конца, около 20 дней. Хотя как сказать долечили, рука плохо ещё шевелилась. Невропатия срединного нерва. Когда выписался, после реабилитационного отпуска в 15 дней, подал рапорт о недоверии начальству, потому что нас даже не предупредили, какой сложности нас ждёт штурм. 2 июня уволился. Таким образом и закончилось моё первое пребывание в зоне СВО.
Село Долгенькое Изюмского района Харьковской области было освобождено только 11 июня 2022 года, а спустя ровно три месяца войска Минобороны оставили населённый пункт в рамках того, что официально называется «харьковской перегруппировкой». А в народе называют харьковской катастрофой. Был оставлен и сам Изюм.
В конце ноября Юрий заключил новый контракт и вошёл в добровольческое подразделение «БАРС».
— Конечно, первый опыт в зоне СВО оставил плохие впечатления. Но когда объявили мобилизацию, стало скучно как-то и стыдно сидеть в тылу. Всех ребят знакомых мобилизовали. Решил снова отправиться «за ленточку», записался в добровольческий отряд «БАРС» (Боевой армейский резервный состав), — говорит Юрий.
Увы, это закончилось новым ранением, точнее контузией. Часть Юрия попала под обстрел в селе Ягодном Купянского района Харьковской области. Прилетело из польского бесшумного 120-мм миномёта за углом дома рядом. После чего он снова попал в полевой госпиталь — в Новой Тарасовке, в ЛНР. И дальше опять по госпиталям. Но, увы, самое неприятное началось дальше.
— Меня выписали 15 февраля, 15 дней дали на домашнюю реабилитацию. А 4 марта у меня заканчивался контракт. В итоге мне почему-то за февраль зарплату не дали. Сказали: уволился сам по состоянию здоровья 11 февраля. Хотя, повторю, меня только 15 февраля выписали. В приказе в итоге написали, что я уволился по несоблюдению контракта. И на этом основании отказали в выплате «губернаторских» — 120 тысяч рублей. За лёгкое ранение вроде положены страховка и выплата в 74 тысячи рублей. А из Москвы якобы в воронежский госпиталь пришёл ответ: «барсам» не положена выплата по страховке. Два раза обращался за помощью в военную прокуратуру, однако получил отказы.
Кроме того, мне не дают группы по инвалидности от ранения. Пришёл в поликлинику у Дома офицеров («Гарнизонная поликлиника № 1», ул. Комиссаржевской, 3, — прим. В.С.), а мне говорят: «Контракт закончился, вы же не военный теперь, а гражданский, я вас даже не могу отправить на ВВК (военно-врачебную комиссию — прим. В.С.), ничем помочь не можем».
Увы, случай невыплаты за ранение далеко не первый для добровольческого подразделения «БАРС». Обычно это объясняют тем, что, подписывая контракт с этой организацией, добровольцы не становятся служащими Министерства обороны. Это действительно так. Договор подписывается с организацией, аффиллированной с проектом «БАРС», а не с самим Министерством обороны. Поэтому лечиться добровольцы в военных госпиталях могут, а вот положена ли им выплата по страховке — проблема запутанная и до сих пор не решённая. Часто добровольцы подписывают контракт «не глядя» — потом выясняется, что в нём есть «подводные камни». Подробности контрактов разглашать запрещают, Юрию, например, запретили даже фотографировать контракт с «БАРСом», на руки его не дают, он существует в единственном экземпляре.
Почему всё это получается, непонятно, ведь в начале ноября 2022 года президент подписал федеральный закон, приравнивающий добровольцев к военнослужащим. В нём, в частности, говорится, что добровольцы будут подлежать обязательному государственному личному страхованию за счет средств федерального бюджета. Они получат право на возмещение вреда, причиненного их здоровью, а также госгарантии погребения в порядке, предусмотренном для военнослужащих. Добровольцу может выплачиваться пенсия по инвалидности. Впрочем, к случаю с Юрием это относиться не должно — в составе «БАРСа» он получил контузию, а выплату просит за ранение, полученное в качестве контрактника Минобороны.
Ситуацию с состоянием здоровья участника СВО Юрия Тарасова прокомментировал для нас заведующий нейрохирургическим отделением воронежской БУЗ ВО «ВГКБСМП № 10» «Электроника» Дмитрий Коровин:
— У Юрия невропатия срединного нерва предплечья. Ему предстоит ещё долгое лечение левой руки. После больницы пойдёт в поликлинику дальше лечиться у невролога. К сожалению, гарантировать полное выздоровление никто не сможет. У парня гражданская профессия — автокрановщик, как бы он теперь крановщиком работал? Конечно, частичная утеря дееспособности. Считаю так: если у человека травма военная, то и группа, и пенсия по инвалидности у него должны быть военные. Почему он должен теперь получать гражданскую группу по инвалидности, непонятно. Замкнутый круг.
К сожалению, эта история не единственная в нашей области. И позволяет сделать неутешительный вывод. Люди, здоровью которых наносится ущерб в зоне СВО, по возвращении не всегда получают то, на что рассчитывали. На вопрос, почему человек, получивший ранение на поле боя, не может получить за это компенсацию и группу по инвалидности, логичного ответа мы получить не можем. Учитывая, что в зоне СВО вскоре понадобятся новые бойцы, подобные истории никак не могут служить мотивацией для добровольцев и контрактников. Будем надеяться, что проблемы Юрия с получением денежных выплат благополучно разрешатся и станут примером того, как государство заботится о вернувшихся из зоны вооружённого конфликта бойцов.
P.S. В ответе на редакционный запрос от 36on.ru департамент социальной защиты Воронежской области объяснил невыплату «губернаторских» денег — единовременного пособия в 120 тысяч рублей, предусмотренного для граждан, зарегистрированных на территории Воронежской области, заключивших и исполнивших контракт о пребывании в добровольческих формированиях для выполнения задач, возложенных на Вооруженные Силы РФ в зоне проведения специальной военной операции, — тем, что «в представленной Тарасовым Ю.Ю. в управление социальной защиты населения Новоусманского района справке из военного комиссариата Новоусманского и Каширского районов Воронежской области исполнение контракта не подтверждено». Очевидно, что в этой и других описанных в материале проблемах ещё предстоит разбираться.
Автор: Владимир Сапунов
