«Для рокеров мы недостаточно рокеры, для рэперов мы недостаточно рэперы», – именно эта фраза привязалась к альтернативной воронежской рок-группе «Пахала Дала». За почти 11 лет своего существования она получила немалую известность как в нашем городе, так и за его пределами. Александр Королев, фронтмен группы, в своём интервью рассказал о становлении «Пахала Дала» и примечательных моментах из ее истории.
– Александр, самый первый и самый интересующий многих вопрос: откуда появилось такое название?
– Это переделанное название из выражения «Хала вандала» – приветствия уличных художников. Свои корни оно берёт из английского языка, и я хотел сделать что-то похожее по звучанию и по энергетике: яркое, слегка вызывающее и запоминающееся. Тем более иностранный нейминг (разработка оригинального названия – прим. авт.) зачастую более благоприятен для слуха слушателя. Ну, и в тот же момент присутствует созвучие со словом «похолодало». В итоге получилась «гремучая», я бы выразился, смесь.
– Ты упомянул о влиянии граффити-культуры на название. Скажи, уличное искусство было твоим увлечением?
– Не сказать, что я был частью такой субкультуры, но многие мои друзья так или иначе связали свою жизнь с граффити. У меня есть знакомый, который сначала занимался теггингом (быстрое нанесение подписи автора на какую-либо поверхность – прим. авт.) в Воронеже, а затем уехал в Москву и уже там начал «отрываться» в местном метро. Другой мой приятель привёз стиль 3D-граффити к нам в город. У нас было большое комьюнити (сообщество людей, объединённых общими интересами, целями – прим. авт.), мы часто проводили время вместе: одни рисовали, я читал рэп, кто-то катался на BMX (разновидность велосипеда для тренировок по мотокроссу – прим. авт.). В общем, вместе росли в этой среде.
– Раньше ты читал рэп, но сейчас ты в рок-группе. Можно ли сказать, что ты «переобулся»?
– По факту, так и есть. Но даже наша группа не является чисто рокерской. Сейчас наш бэкграунд (профессиональный опыт – прим. авт.) пополнился рэп-композициями, но, прошу заметить, мы скорее усиливаем симбиоз музыкальных жанров. Раньше отклонение было в сторону рока: мы убирали какие-то звучания. Теперь добавляем. Мы не делаем что-то одно, а стараемся развиваться в разных направлениях. Таким образом, у нас расширяется спектр возможностей для выступлений: становятся доступными не только рок-концерты, но и рэп-вечеринки, и тому подобное.
– Как собралась ваша группа?
– Лично для меня это третий состав группы «Пахала Дала», изначальным её создателем был я. В первый раз хотелось понять, «откуда растут ноги», разобраться в музыке. На тот момент я не знал каких-то локальных групп и исполнителей, только своего соседа-металлиста, и поэтому начал собирать команду. Мне было важно подобрать действительно хороших музыкантов не только для звучания, но и для дальнейшей работы. Например, вторая «версия» группы не была готова к живому исполнению, не все из нас «тянули» лайв-формат выступлений. Уже после, методом проб и ошибок, у нас сложился ныне существующий состав, который играет как часы. Такой командой мы существуем уже год.
– И насколько обширна сфера ваших живых выступлений?
– Тура, к сожалению, у нас никогда не было, но мы выступали на городских площадках, фестивалях и некоторых мероприятиях, например, поэтических дуэлях. Многие из них не «заряжены» на рок, но участвовать в них намного интереснее, потому что там люди не подготовлены, они с другой стороны музыкальной культуры. Это даёт нам возможность показать себя совершенно другой аудитории.
– А какое у вас было первое выступление?
– Я не могу сказать точное название фестиваля, но он проходил на «Станции Мир» здесь, в Воронеже. На дворе стоял 2018 год, и на тот момент у нас уже были записаны три песни. Мы стали одними из «первопроходцев» в том плане, что рокеры в основном продвигали своё творчество через лейблы и уже имели определённую аудиторию и популярность. Наша группа же сама выложила свои треки везде, где только можно, это увидел один из организаторов того фестиваля, нас заметил и предложил поучаствовать.
– Были ли какие-то нелепые истории с выступлений?
– У нас нет как таковых ужасных историй с выступлений, но бывает, что мы можем сломать что-то из музыкальных инструментов. Обычно это порванные струны на гитаре и порванный ремень, но как-то раз пострадала и бас-бочка (самый большой и низкий по звучанию барабан – прим. авт.). Это происходит из-за того, что мы «расходимся» во время выступления, поэтому я стараюсь договориться с организаторами о том, чтобы наша группа не находилась на сцене больше пары часов. Но иногда из-за подобного возникают проблемы с участием на фестивалях или с организацией концертов – люди переживают за свою технику.
– Вам не жалко инструменты? Насколько я знаю, они достаточно дорогие.
– Конечно, к тем инструментам, которые мы арендуем или которые стоят на студии, где мы записываемся, мы относимся более бережно, однако есть и такие, что достались нам практически бесплатно. Например, однажды парень написал к нам в группу и попросил купить у него электрогитару за 500 рублей, потому что он хотел курить, а на пачку сигарет денег не было. Правда, на одном из концертов мы эту гитару разбили в качестве перформанса, затем склеили, и через какое-то время снова разбили.
– А были ли какие-то ещё перформансы, помимо этого?
– Мы всегда стараемся привнести что-то яркое в наше выступление, и спасибо, что собралась такая команда, которая может это сделать. Один из наших гитаристов, например, прикручивал к своему инструменту колёсики и катался на нём, словно на скейтборде. На поэтической дуэли парни играли на гитарах, почти лёжа на полу. Как-то даже было и такое, что на концерте мы надевали клетку на голову. В общем, стараемся выделяться. В планах – нарядиться в какие-нибудь костюмы, возможно в готической тематике, и отыграть концерт в них.
Текст подготовлен в рамках летней практики студентов журфака ВГУ на портале 36on.ru.
Фото – Владимир Лошаков.
Автор: Надежда Литина
