Во Франции уже неделю не утихают протесты. Мигранты вышли на улицы, чтобы высказать своё возмущение по поводу убийства полицейскими 17-летнего Ноэля М. (по французскому законодательству массмедиа не имеют права разглашать фамилии лиц до 18 лет по любым уголовным делам). На улицы крупнейших городов вышли тысячи протестующих. Разбиты тысячи витрин в магазинах и банках. Задержано 845 человек, почти половина из них – те, кто устроили погромы в центре Парижа.
Беспорядки во Франции начались после того, как 27 июня полицейский выстрелил в 17-летнего подростка, отказавшегося остановить автомобиль по его требованию. В настоящее время правоохранитель находится под стражей.
Чтобы получить информацию с места событий, я связался со своим приятелем в Нанте, с которым познакомился в январе этого года в Будве (Жан-Люк, школьный учитель, 59 лет). Вот что он рассказал для 36ON:
— Чтобы ты понимал — в Нанте обычно проходят самые буйные демонстрации во Франции. И в самом городе, и во всей коммуне. Например, в конце марта, когда по всей Франции проходили митинги против пенсионной реформы, у нас уже били стёкла в административных зданиях. Ну, и сейчас, конечно, бьют. Сожгли здание банка в центре города, там неподалёку развернули и баррикады. Но ещё хуже в пригороде Нанта Сен-Назар, где просто жгли всё подряд.
Ядром хулиганства у нас в Нанте являются 12-13-летние подростки. Многие учатся в нашей школе. И, честно говоря, они не на лучшем счету. Некоторые уже связаны с криминальной средой, что для этих мест обычное дело. В школе они ведут себя безобразно, задираются с учителями и пристают к девушкам.
Сделать с этим мы ничего не можем — политика государства очень толерантна по отношению к мигрантам. Пособие для мигрантов составляет около 6 тысяч евро в год — это для африканских стран выглядит впечатляюще. Однако, когда мигранты приезжают к нам, они быстро начинают понимать, что прожить на такие деньги здесь невозможно. И отсюда часто начинается агрессия.
Сейчас во Франции главная тема для обсуждения — могла ли полиция применять оружие по статье 122-5 Уголовного кодекса, которая гласит, что полиция имеет право использовать силу, только когда это необходимо в исключительных случаях самообороны. Были ли достаточные основания для применения оружия в этом случае? Не знаю. Вот просто не знаю, что тебе сказать. Уже после этого произошёл инцидент в Лионе, когда юноша обстрелял 27 полицейских. И расскажите им, как осторожно надо применять оружие.
— Я считаю, — продолжает Жан-Люк, — что происходящее — результат политики французского государства, стыдливо замалчивающего взрывоопасные темы. А когда замалчивают взрывоопасные темы — рано или поздно взрывается.
— Больше всего в такой ситуации жаль обычных французов, — говорю я. — Помню, когда так же жгли машины в январе 2005 года — смотрел сюжет по вашему телевидению. А там один француз говорит: «У меня сожгли гараж с машиной и написали на стене: «Саркози, твою мать». Где я и где Саркози? Мне теперь Саркози вернёт машину?»
— Вот-вот, — говорит Жан-Люк. — Поэтому я на эти дни спрятал машину далеко в подземный гараж и пользуюсь общественным транспортом.
Беседовал и переводил с французского Владимир Сапунов
