Персональную выставку молодого воронежского художника Егора Астапченко «Граница» можно посмотреть до 4 июня.
Почти сто лет назад, в 1920 году, художник Лазарь Маркович Лисицкий, более известный под псевдонимом Эль Лисицкий, создал знаменитую литографию – «Клином красным бей белых». Помните этот агитплакат, разбитый на геометрические фигуры, где красный треугольник врывается в пространство белого круга? Свои супрематические трехмерные фигуры художник назвал проунами. Позже эти самые проуны стали использоваться в мебельном дизайне. Кстати, Лазарь Маркович по образованию был инженером-архитектором и работал в архитектурном бюро.
2014 год. В галерее Х.Л.А.М. — выставка молодого воронежского художника Егора Астапченко, который работает дизайнером в архитектурной фирме. В одном из залов — трехмерная инсталляция, отдаленно напоминающая проуны Эля Лисицкого. На белой клинообразной платформе стоят трехмерные прозрачные объекты из оргстекла, по которым ползет красная линия, образующая загадочные маршруты. Она змеится по полу, разрезает напополам видео на стене — мост через реку Дон — и устремляется вверх. Накладывается красной сеткой на карту Воронежа, разбивается на фрагменты – точки и конечности, повисает в воздухе и течет по течению, заданному бесконечной музыкой в стиле ambient. Кстати, образ реки Дон художник выбрал не случайно. Древние греки называли его Танаис и говорили, что эта река разделяет Европу и Азию.
— Я с самого детства любил географические карты, где границы традиционно обозначаются красным цветом, — объясняет Егор Астапченко. — Граница — искусственный барьер, созданный людьми. Несмотря на то, что это зачастую негативный образ, в нем можно найти точку поиска художественного языка.
Серьезный философский тон выставки разбавляют играющие с пробкой из-под шампанского и визжащие от удовольствия дети, среди которых — мой малолетний сын и внук художника Александра Ножкина. Хрупкие объекты из оргстекла подрагивают от бегающей туда-сюда детворы. Веселости в этот коктейль абсурда, как всегда, добавляет художник Сергей Горшков:
— Вообще-то Егор всего лишь прикрывается тем, что он занимается искусством. Он рисует географические карты не просто так. На самом деле он — агент ЦРУ, который передает сведения в иностранные разведки. Помечает на своих картах, где находятся военные базы, а где — ракетные установки, — в свойственной ему шутливой манере, но с серьезным выражением лица рассказывает художник Сергей Иванович.
И все же Егор Астапченко — не разведчик. 28-летний молодой человек, который еще совсем недавно играл на гитаре в группе «Зимний ландшафт», —выпускник Воронежского художественного училища и Воронежского педуниверситета. В свободное от работы время занимается современным искусством, создавая объекты, рожденные на стыке скульптурных и архитектурных форм. Не скрывает, что вдохновляется конструктивизмом и авангардом 20-х годов прошлого века. Посмотрев на географические карты Егора, напоминающие Генплан города, архитекторы найдут здесь ироническое переосмысление архитектурного проектирования. Так сказать, скрытый юмористический посыл их коллеги.
— Это карта, на которой угадываются границы Коминтерновского и Ленинского районов Воронежа. В то же время все здесь нарисовано с потолка, — замечает директор галереи Х.Л.А.М. Алексей Горбунов. — Я не знаю, что нам скажет главный архитектор города, когда посмотрит на эти работы. С одной стороны, Егор демонстрирует нам границы государства и города. С другой стороны, здесь все является абсурдом.
 |
 |
Сам художник границ между дизайном и искусством не ставит.
— Дизайн среды, которым я занимаюсь, я переношу в сферу современного искусства, — говорит Егор. — Правда, то, что вы видите здесь, не несет в себе утилитарной функции. Здесь я решаю метафизические задачи.
У Егора уже есть свой, узнаваемый стеклянный дизайнерский почерк, который отличает его от многих молодых воронежских художников. В прошлом году он вместе с Сергеем Ряполовым и Евгенией Ножкиной участвовал в групповой выставке «Вне поля зрения», где представил трехмерные объекты насекомых, «сидящих» на стеклянной платформе. В рабочем процессе Егор активно пользуется промышленными технологиями.
— Одни видят в объектах Егора интерьерные решения для своей конструктивисткой квартиры, другие увидят в его работах сексуальные образы, третьи —философский смысл, — резюмирует Алексей Горбунов.
Я бы добавила, что четвертые найдут в этой выставке и отголоски политической ситуации. Граница, которую проводит невидимая рука неизвестного Архитектора, разделяет не только своих и чужих, но и родных и близких. И если посмотреть на выставку с этой стороны, то красные сетки, отбрасывающие тени на графику уличных и ландшафтных изломов, воспринимаются угрожающе и зловеще. Но все же лучше закрыть глаза, мысленно перенестись почти на 100 лет назад и посмотреть на три главных цвета выставки — белый, черный и красный — как на традиционную цветовую гамму конструктивистов.
Текст - Анастасия Сарма.
Фото автора.
