«Эскорт-услуги» в Воронеже – одна из самых массовых и востребованных профессий. По данным фонда «АНТИСПИД» одновременно в миллионном городе ей занято от трех до пяти тысяч женщин.
Русская духовность и западное жизнелюбие
В классической русской литературе, на которой мы все выросли, проституция описывает как один из кругов ада, царство страданий, ужаса и безнадеги. Женщины там – чистые жертвы, без подробности, мужчины полностью омерзительны – либо по-свидригайловски, либо своей ничтожностью. Вместе с тем, многие западные авторы, включая нобелевских лауреатов, относились к этой теме не в пример легче, и не в пример художественнее. В конце материала – пара развернутых цитат.
У «западных» авторов бордель - вполне себе человечный мир, с добрыми отношениями, с юмором. Цитировать Достоевского, Чехова, Бунина, Андреева на ту же тему мы не будем из соображений человечности, если не читали – у вас всегда есть такая возможность.
Довольно поверхностное изучение воронежского рынка секс-услуг привели к выводу, что сегодняшние нравы на нем ближе к Стейнбеку, чем к Достоевскому. В ходе исследования сотрудники портала общались со всеми участниками процесса: сотрудницами, организаторами бизнеса, техническим персоналом и клиентами.
Повод для гордости
Чем бы не занимался человек – он всегда найдет повод чем-нибудь гордиться. «Когда мы выходим вчетвером из машины, выстраиваемся, и клиент выбирает меня, а не стоящую рядом 18-тилетку, я чувствую себя королевой, – рассказывает 34-летняя сотрудница «агентства».
Важным для внутреннего рейтинга эскортницы является также количество продлений, когда уже «отработанный» клиент просит задержаться у него подольше – значит, сильно понравилась. «Однажды мой рабочий день продолжался 17 часов, – с гордостью говорит проститутка, – но это не значит, что у меня было за это время 17 мужчин, меня почти всегда продляют, а в следующий раз берут надолго».
Поводом для гордости являются (настоящие или воображаемые) технические навыки. Один мужчина, признавшийся, что прибегнул к этому сервису в состоянии тяжелого опьянения, рассказал, что оказался не готов, так сказать, к получению услуг. «Да что ж такое, – возмутилась работница, представившаяся бывшей спортсменкой, – никто не выйдет из этой комнаты, пока мы оба не кончим!». И, по словам экс-клиента, добилась успеха.
Несмотря на очевидную конкуренцию, «девочки» испытывают солидарность друг другу, редкую, скажем, в офисе, дружат и во внерабочее время. Среди них распространена взаимовыручка: например, подменить подругу, которая по каким-то причинам не может выехать на вызов именно в эти часы. На съемных рабочих квартирах они в своем кругу отмечают дни рождения коллег. Нарушение корпоративной этики карается неформально, но жестко. «Пришла к нам такая фифа, мы сразу поняли, что она не приживется в коллективе, – какими-то неожиданным в таком разговоре советскими словами описывает ситуацию одна из бордельных работниц, – и через неделю сама ушла, поняла, что ей здесь не светит».
Бордельные тайны
Насколько правдива легенда о том, что секс-работницы находятся как минимум во временном рабстве и не могут «уволиться по собственному», 36on.ru выяснить не удалось. Некоторые говорят, что не испытывают проблем с тем, чтобы сменить работодателя, или уйти из профессии, или – работать время от времени по собственному графику. Другие – что за серьезные проступки (например – связываться со знакомым клиентом напрямую, минуя агентство) можно «попасть» на многомесячную отработку. Говорили и о шантаже с помощью заснятого на работе «секс-видео».
Большинство подобных фирм, как утверждают их владельцы, «крышуют» органы исполнительной власти и силовых структур. И здесь работают отдельные подразделения так называемых «берсерков-звероящеров» у которых даже уши накачаны. Их вполне оправданно боятся клиенты и сами проститутки. Оружия как такого у них нет, максимум кастеты или массивные перстни под перчатками с обрезанными пальцами. Этих ребят вызывают редко, когда клиент разбушевался и начал калечить или просто задерживать девушек. В случае ЧП они очень оперативно приезжают трое или четверо парней, вламываются в квартиру клиента и быстро делают из него инвалида.
Один «берсерк» невзирая на свою зарплату около 100 тыс. рублей покинул работу ГБР охраны девушек по вызову. Парень понял, что на людей он смотрит, как на насекомых, которых он готов убивать просто так, безнаказанно. «Мне собаку или кошку сложнее придушить, чем человека. Мне стало страшно и я ушел. Но я знаю, что к такому образу жизни я всегда могу вернуться» - так думает бывший защитник любовных жриц.
«Проще и во всех смыслах безопаснее работать в фирме, чем в одиночку или с подружкой шариться по подворотням, где любой отморозок может безнаказанно и совершенно бесплатно изнасиловать, покалечить, а то и вовсе убить», – делится безымянная для читателя проститутка.
«Я бросил работу водителя-сутенера, когда в очередной раз увидел, как хозяин жестко наказывает девушку за какую-то повинность. Он снял с ее участием порно-ролик с элементами садо-мазо и грозился показать ее родителям. Таким образом он шантажировал своих рабынь», - сообщил 36on.ru бывший водитель эскорт-агенства.
Наследницы Сони Мармеладовой
В отличие от представителей множества других профессий, например, директоров промышленных предприятий, проститутки не особо любят прибедняться – им все-таки платят за веселье, а не за печаль. Но, если спросить о биографии, отвечают легко и охотно. Насколько можно судить, среди них действительно довольно много «Сонь Мармеладовых» - женщин, попавших в суровые жизненные обстоятельства.
– Приехала из одной из бывших советских республик, не так давно, единственное, что нашла – работа на молочной ферме по Воронежем. Вышла замуж, двое детей, муж пил и бил, ушла. Приехала в Воронеже, единственные доступные мне вакансии – за кассой и за прилавкой, зарплата 10-12 тысяч. Поработала так полгода, теперь здесь. Хочу открыть свой магазин. Ты нынешних заработках это случится где-то через год.
– Здесь работать намного лучше, что беременной стяжки пола делать.
– Мать одна, у нее еще три дочери. Получилось, что я сама им как мать – и кормлю, и воспитываю.
Правдивы ли эти истории? Во всяком случае, выгоды они не приносят, и не похоже, чтоб у рассказчиц была потребность «оправдываться». Кто не хочет – не рассказывает, на вопрос о роде занятий обычно отвечает – «студентка», разумеется, не уточняя, чего. По словам источников, очень может быть, что и ВГУ. Но «студентки», как правило, не местные – они приезжают из Липецка, Старого Оскола и Белгорода. Меньше риск нарваться на знакомых в ходе рабочей смены. Выпускницы и студентки технических училищ по неизвестным причинам в сферу эскорт-услуг почему-то не стремятся. Здесь работают, как ни странно с дипломами гуманитарного образования — Филфак, РГФ, ФИПСИ и им подобные.
Что касается возможности «заработать на магазин». Средняя стоимость услуг в Воронеже – 2000 рублей в час, из них работнице достается половина. Профессионалка может работать до 10 часов в сутки (понятно, не каждые сутки). Так что да, перейти из наемных работников в предприниматели вполне реально. Правда, для этого нужен не порченный алкоголем мозг. На работе «девочки» пьют мало, нужен самоконтроль, а вот отдыхают с бутылкой часто.
Степень близости с клиентом – тоже вопрос индивидуальный. «То, что делаешь – делай хорошо, особенно если делаешь плохое, – вспомнила старый сомнительный лозунг одна энтузиастка своей работы. Источники рассказывают и длительных романах, начатых с такого «свидания», и о холодной, но добросовестной «отработке» заказанного сервиса.
36on.ru желает всем воронежцам не приобретать опыта в этом бизнесе ни в каком качестве. «Практически все мужчины говорят, что чуть ли не вчера развелись и сильно переживают, – отметила одна из «девочек», – насчет того, что «вчера», понятно, врут, но что-то они такое переживают нехорошее.
Нобелевские лауреаты о проституции
Джон Стейнбек, «Консервный ряд»:
Дора — великая женщина, пышнотелая и высокая, с огненно-рыжими волосами и пристрастием к изжелта-зеленым вечерним платьям. Она содержала честное заведение, где весь товар был в одной цене, где запрещалось пить крепкие вина, кричать и сквернословить. Среди ее девочек было несколько ни на что не годных из-за возраста или болезней, еще несколько могли работать не больше трех раз в месяц, но все они имели право на свои три кормежки в день. Обычно в доме жило двенадцать девочек, включая старушек. Кроме них, штат составляли повар-грек и привратник, по крайней мере так назывался этот мужской персонаж. В действительности на нем лежало множество деликатных, а подчас и опасных обязанностей. Он прекращал драки, выдворял пьяных, останавливал истерики, лечил головную боль и заведовал баром. Перевязывал порезы и синяки; днем якшался с местными полицейскими; и поскольку добрая половина «девочек» исповедовала Христианскую науку, привратник по воскресеньям читал вслух очередную порцию из «Науки и здоровья». Девочки Доры были приветливы и хорошо воспитаны. Они никогда не заговаривали на улице с мужчиной, даже если принимали его накануне ночью.
В общем, март был ужасный, а тут еще в середине месяца вспыхнула эпидемия инфлуэнцы, мгновенно охватившая весь город. У Доры был очень мягкий характер, мягкий как мышиное брюшко, но если надо, она становилась твердой как гранит. Дора развила бурную деятельность. Повар-грек варил крепкий бульон — и пятигаллонный котел всегда был полон. Девочки старались не срывать работы и ходили посидеть с больными посменно, захватив с собой кастрюльку с бульоном. И все это время в «Медвежьем стяге» кипела своя работа. Музыкальный автомат играл не смолкая. Солдаты, рыбаки с сейнеров выстаивали очередь. Девочки, отработав, брали кастрюльку с супом и спешили к Рэнселам, к Мак-Карти, к Ферри. Они ускользали через черный ход и, сидя у постели спящего ребенка, иногда сами забывались сном прямо на стуле. На работе они перестали прибегать к косметике, не было надобности. Дора сказала, что в такое безумное время она могла бы трудоустроить всех старушек из дома престарелых. Все были очень рады, когда этот март кончился.
Эрих Мария Ремарк, «Черный обелиск»:
…входит Железная Лошадь. Это внушительная особа; на ней высокие зашнурованные ботинки, черное белье, нечто вроде костюма укротительницы львов, серая смушковая шапка, рот полон золотых зубов. Несколько поколений молодых поэтов и редакторов в ее объятиях сдавали экзамен на жизнь, поэтому и сегодня совет клуба предназначил для Отто именно ее. Железная Лошадь раскрывает свою золотую пасть, добродушно усмехается и толкает дрожащего Бамбуса в бок.
— Пойдем, угости коньячком, — миролюбиво говорит она.
— А что стоит коньяк? — спрашивает Отто официантку.
— Шестьдесят тысяч.
— Сколько? — испуганно переспрашивает Хунгерман. — Сорок тысяч, и ни пфеннига больше!
— Пфенниг, — замечает хозяйка, — давно я этого слова уже не слышала.
— Сорок тысяч он стоил вчера, дорогуша, — заявляет Железная Лошадь.
— Сорок тысяч он стоил еще сегодня утром. Я был здесь по поручению комитета.
— Какого комитета?
— Комитета по возрождению лирики через непосредственный опыт.
— Дорогуша, — отвечает Железная Лошадь, — это было до объявления курса.
— Это было после того, как в одиннадцать часов объявили курс.
— Нет, до послеобеденного курса, — поддерживает ее хозяйка. — Не будьте такими скупердяями.
— Шестьдесят тысяч — это уже по тому курсу доллара, который будет послезавтра, — говорю я.
— Нет, завтра. С каждым часом ты приближаешься к нему. Успокойся! Курс доллара неотвратим, как смерть. Ты не можешь от него уклониться..
— А такса? — спрашивает он. — Как на этот счет? Ведь договорились на двух миллионах. С раздеванием и получасовым разговором потом. Разговор этот для нашего кандидата очень важен.
— Три, — флегматично заявляет Железная Лошадь. — И то дешево. Знаешь, сколько теперь стоят высокие ботинки, чуть не до самой задницы? — спрашивает Железная Лошадь.
— Два миллиона и ни сантима больше. Если даже в таком месте нарушается договоренность, значит, мир идет к гибели!
— Договоренность! Какая может быть договоренность, если курс шатается, точно пьяный?
Тут поднимается Маттиас Грунд, который, как автор книги о смерти, до сих пор хранил молчание.
— Это первый бордель, зараженный национал-социализмом! — заявляет он в бешенстве. — Значит, по-вашему, договоры — просто клочки бумаги? Да?
— И договоры, и деньги, — несокрушимо отвечает Железная Лошадь. — Но высокие ботинки — это высокие ботинки, а черное прозрачное белье — это черное прозрачное белье. И цены на них — сумасшедшие.
Читайте также:
 |
Работа контролером в Воронеже - темная сторона профессии |  |
Оператор call-центра в Воронеже – темная сторона профессии | |
 |
Продавщицы воронежского фаст-фуда считают покупателей «зверинцем» |  |
Воронежские продавцы электроники оставляют покупателей без гарантий | |
 |
Операционист банка: работа для отчаявшихся людей |
