Кандидат на пост генсека НАТО, глава польского МИДа Радослав Сикорский предложил России стать членом североатлантического альянса. Неожиданное заявление аналитики объясняют личными амбициями политика.
Членство России в НАТО могло бы помочь западным странам разрешить многие мировые и европейские проблемы, а заодно способствовало бы развитию демократии в самой России. Об этом заявил в понедельник на Коперниковских чтениях в Торуньском университете министр иностранных дел Польши Радослав Сикорский. Он один из главных претендентов на пост генерального секретаря НАТО, выборы которого должны состояться этим летом.
«Россия нам нужна для того, чтобы решать европейские и мировые проблемы. Поэтому я считаю, что она должна присоединиться к НАТО», – объявил Сикорский.
По мнению министра, «вступление России в НАТО будет способствовать формированию более демократической системы управления в этой стране, позволит гражданам осуществлять контроль над вооруженными силами». Членство в НАТО хорошо и тем, что при вступлении в альянс страны-кандидаты должны мирным образом разрешить все территориальные споры.
Как пишет польский портал Interia.pl, расчет «удивительных заявлений» Сикорского, которого до этого считали русофобом, достаточно прост.
По словам бывшего польского премьера Лешека Миллера, избрание поляка на пост генсека НАТО означало бы, что бразды правления в блоке переходят «к стране, которая, как представляется, может только ухудшить отношения между США, Европой и Россией». Шансы Сикорского на председательство в НАТО от этого уменьшаются. Кроме того, несколько лет назад он работал на неоконсервативную экспертную группу American Enterprise Institute. «Вашингтон, – пишет польская Gazeta Wyborcza, – мог бы оказать поддержку Сикорскому, если бы (президентские выборы) выиграл Джон Маккейн». Новая администрация Барака Обамы «не забыла» его работы на бывших противников, и этого «достаточно, чтобы его не поддерживать».
Теперь от Сикорского требуется продемонстрировать свою готовность к политическим компромиссам и налаживанию отношений с Москвой.
Сикорский не первый затронул вопрос о возможном присоединении России к альянсу. Впервые всерьез об этом заговорили после распада СССР, когда Россия под руководством Бориса Ельцина демонстрировала уверенный прозападный курс. Однако экономическая и политическая слабость демократической России сделали эти перспективы куда как туманными.
Активизировались разговоры о сближении западного военного блока и Москвы с приходом в Кремль нового хозяина – Владимира Путина. Еще и.о. президента, он в одном из своих первых интервью – британской телекомпании BBC – в начале 2000 года заявил, что Россия могла бы стать полноправным членом НАТО, «если с интересами России будут считаться и если она будет полноправным партнером».
Как вспоминал корреспондент американского издания The Business Week Стив Левайн в своей книге «Лабиринт Путина: шпионы, убийства и темное сердце новой России», его кремлевские источники подтверждали твердость намерений нового российского руководителя. «Путин говорил серьезно. Он видел во вступлении в НАТО двойную выгоду: Россия бы сильнее сблизилась с Западом и, что для Москвы более важно, получила возможность изнутри «реформировать» эту организацию времен холодной войны», – писал журналист. Но тогда ни уходящая администрация Билла Клинтона, ни американские конгрессмены не стали обсуждать этот вопрос всерьез.
Говорил об этом, но в общетеоретическом ключе, и генсек НАТО с 1999 по 2003 год Джордж Робертсон. Тогда разговорам о сближении России и НАТО способствовала ситуация, сложившаяся после атак 11 сентября 2001 года. Всего несколько недель спустя после терактов, устроенных «Аль-Каидой», президент Путин, выступая перед германским бундестагом, объявил, что Россия в условиях общей угрозы международного терроризма рассматривает возможность «подлинного партнерства» с Западом. Глава комитета по международным делам германского парламента Ульрих Клозе воспринял это предложение близко к сердцу и не исключил будущего членства России в НАТО.
Со временем эти разговоры смолкли, и НАТО вновь стало восприниматься в Москве как сила если не враждебная, то нелояльная.
Так, в апреле прошлого года на саммите Россия – НАТО в Бухаресте Путин, тогда еще президент, четко дал понять, что о североатлантических перспективах его страны говорить не приходится. «Россия пока не претендует (на членство), слава богу!» – заметил глава государства. «Мы с точки зрения обеспечения своей безопасности являемся страной самодостаточной и не собираемся жертвовать частью своего суверенитета для того, чтобы создавать иллюзию повышения своей безопасности вовне», – добавил он.
 |
|
|
Членство России в НАТО могло бы помочь западным странам разрешить многие мировые и европейские проблемы, а заодно способствовало бы развитию демократии в самой России. Об этом заявил в понедельник на Коперниковских чтениях в Торуньском университете министр иностранных дел Польши Радослав Сикорский. Он один из главных претендентов на пост генерального секретаря НАТО, выборы которого должны состояться этим летом.
«Россия нам нужна для того, чтобы решать европейские и мировые проблемы. Поэтому я считаю, что она должна присоединиться к НАТО», – объявил Сикорский.
По мнению министра, «вступление России в НАТО будет способствовать формированию более демократической системы управления в этой стране, позволит гражданам осуществлять контроль над вооруженными силами». Членство в НАТО хорошо и тем, что при вступлении в альянс страны-кандидаты должны мирным образом разрешить все территориальные споры.
Как пишет польский портал Interia.pl, расчет «удивительных заявлений» Сикорского, которого до этого считали русофобом, достаточно прост.
По словам бывшего польского премьера Лешека Миллера, избрание поляка на пост генсека НАТО означало бы, что бразды правления в блоке переходят «к стране, которая, как представляется, может только ухудшить отношения между США, Европой и Россией». Шансы Сикорского на председательство в НАТО от этого уменьшаются. Кроме того, несколько лет назад он работал на неоконсервативную экспертную группу American Enterprise Institute. «Вашингтон, – пишет польская Gazeta Wyborcza, – мог бы оказать поддержку Сикорскому, если бы (президентские выборы) выиграл Джон Маккейн». Новая администрация Барака Обамы «не забыла» его работы на бывших противников, и этого «достаточно, чтобы его не поддерживать».
Теперь от Сикорского требуется продемонстрировать свою готовность к политическим компромиссам и налаживанию отношений с Москвой.
Сикорский не первый затронул вопрос о возможном присоединении России к альянсу. Впервые всерьез об этом заговорили после распада СССР, когда Россия под руководством Бориса Ельцина демонстрировала уверенный прозападный курс. Однако экономическая и политическая слабость демократической России сделали эти перспективы куда как туманными.
Активизировались разговоры о сближении западного военного блока и Москвы с приходом в Кремль нового хозяина – Владимира Путина. Еще и.о. президента, он в одном из своих первых интервью – британской телекомпании BBC – в начале 2000 года заявил, что Россия могла бы стать полноправным членом НАТО, «если с интересами России будут считаться и если она будет полноправным партнером».
Как вспоминал корреспондент американского издания The Business Week Стив Левайн в своей книге «Лабиринт Путина: шпионы, убийства и темное сердце новой России», его кремлевские источники подтверждали твердость намерений нового российского руководителя. «Путин говорил серьезно. Он видел во вступлении в НАТО двойную выгоду: Россия бы сильнее сблизилась с Западом и, что для Москвы более важно, получила возможность изнутри «реформировать» эту организацию времен холодной войны», – писал журналист. Но тогда ни уходящая администрация Билла Клинтона, ни американские конгрессмены не стали обсуждать этот вопрос всерьез.
Говорил об этом, но в общетеоретическом ключе, и генсек НАТО с 1999 по 2003 год Джордж Робертсон. Тогда разговорам о сближении России и НАТО способствовала ситуация, сложившаяся после атак 11 сентября 2001 года. Всего несколько недель спустя после терактов, устроенных «Аль-Каидой», президент Путин, выступая перед германским бундестагом, объявил, что Россия в условиях общей угрозы международного терроризма рассматривает возможность «подлинного партнерства» с Западом. Глава комитета по международным делам германского парламента Ульрих Клозе воспринял это предложение близко к сердцу и не исключил будущего членства России в НАТО.
Со временем эти разговоры смолкли, и НАТО вновь стало восприниматься в Москве как сила если не враждебная, то нелояльная.
Так, в апреле прошлого года на саммите Россия – НАТО в Бухаресте Путин, тогда еще президент, четко дал понять, что о североатлантических перспективах его страны говорить не приходится. «Россия пока не претендует (на членство), слава богу!» – заметил глава государства. «Мы с точки зрения обеспечения своей безопасности являемся страной самодостаточной и не собираемся жертвовать частью своего суверенитета для того, чтобы создавать иллюзию повышения своей безопасности вовне», – добавил он.
