Сосать больше не нужно: как безопасно слить топливо из бензобака

Молодого воронежца избили в «Барак О`Мама» – опубликовано видео

Дороже, чем в Подмосковье: насколько выросла стоимость топлива в Воронежской области

 


 

Физлицам перестают наливать бензин в Россоши Воронежской области

 


 

Появились новые подробности трагедии на Воронежском водохранилище

Как в Воронеже найти укрытия при воздушной атаке

Штормовое предупреждение из-за дикой жары объявили в Воронежской области

 


 

1,5 суток без воды: полное отключение ждет жителей левого берега Воронежа

 


 

Как Воронежская область пережила массовую атаку БПЛА

33-градусную жару принесет в Воронежскую область антициклон

 


 

Автобусы могут остановиться из-за топливного кризиса в Воронеже

 


 

Стихийный мемориал погибшим из‑за атаки ВСУ создали в Воронеже

Пятеро погибших и разрушения на предприятии: что известно об атаке ВСУ на Воронеж

 


 

«Лукойл» ввел ограничения на отпуск топлива в Воронежской области

 


 

Предприятие в Воронеже было атаковано ВСУ

 


 

«Факел» объявил имя нового директора

Недоброе утро: адские игры на выживание устраивают воронежцам забитые маршрутки

Момент массовой аварии с опрокидыванием трактора попал на видео в Воронеже

 


 

Где не будет горячей воды с 8 по 14 июня в Воронеже

 


 

Средняя зарплата в Воронежской области превысила 81 тыс рублей

 


 

Как выглядит 200-летний Каменный мост в годовщину разрушительного потопа

 


 

Не сокращение, а оптимизация: почему в воронежском «Ростелекоме» стало в два раза меньше людей

 


 

Семье экс-зампреда воронежского суда не удалось оспорить изъятие подозрительных активов

 


 

Названа астрономическая зарплата ректора воронежского пединститута в 2025 году

 


 

Кровавое "Бусидо": как спустя 17 лет раскрыли убийство матери двоих детей в Воронеже

 


 

"Простой, без пафоса": воронежцы рассказали о встрече с Никитой Кологривым

 


 

Момент смертельного ДТП, которое устроил мажор Гусев, показали в воронежском суде

 


 

Что сказал Денис Ерошенко в последнем слове перед ужесточением приговора в Воронеже

 


 

Убивший знакомого чиновник возглавил администрацию Богучарского района

 


 

Мэр Петрин предложил воронежцам накидать ему в комментарии вопросов

 


 

Строительство

Уши судебного скандала показались в парке «Танаис»

some alt text
В Воронеже продолжает набирать обороты история с парком, судьба которого все еще до конца не определена. 16 мая Арбитражный суд Воронежской области постановил расторгнуть договор аренды, заключенный между ООО «Танаис» и администрацией города, но решение это еще может быть обжаловано в суде высшей инстанции. А тем временем происходящее продолжает обрастать все новыми и новыми подробностями.
 
 
История эта достаточно давняя, поэтому стоит напомнить читателям ее суть. У парка на протяжении долгого времени был один арендатор, который худо-бедно, но все же как-то следил за тем, чтобы место отдыха горожан не пришло в полное запустение. Скульптуры сказочных персонажей, установленные много лет назад и обезглавленные вандалами, не в счет. Старые аттракционы - тоже. Долгие годы к арендатору у районных властей не было никаких претензий. С чем связано такое взаимопонимание - остается только догадываться, особенно с учетом того, что из бюджета на содержание парка выделялись некие средства, а уж на что они затрачивались - вопрос другой.
 
 
Однако в 2012 году арендатор Петр Гульбин власти неожиданно разонравился. Из районной управы на него посыпались многочисленные жалобы во всевозможные инстанции. Предпринимателя обвинили во всем, в чем только можно. И так продолжалось на протяжении нескольких лет. Причина такой активности управы пусть останется за кадром.
 
К моменту окончания действия договора аренды с предпринимателем в 2013 году в мэрии уже было принято решение о том, что право аренды парка будет выставлено на торги и в соответствии с законом будет заключён новый договор. Но тут произошло неожиданное. Как рассказывает источник, знакомый с ситуацией, в мэрию вдруг пришел человек, который настоятельно рекомендовал этого не делать. Человек при этом не простой, а облаченный неким ореолом таинственности и власти. В общем, такой, о каких говорят «мягко стелет, да жестко спать». Глава города был растерян, но с ситуацией был вынужден смириться. При этом продлить на законных основаниях договор с этим же арендатором было нельзя - не будем забывать, что в стране у нас действует закон о защите конкуренции.
 
 
Но что бы делал глава города без команды профессионалов? В ситуацию вмешался руководитель правового управления мэрии госпожа Плиева, которая заверила мэра, что все будет в порядке, все вопросы решатся в рамках правового поля (муж Марины Васильевны - областной судья).  Так, в общем-то, и вышло. Состоялся суд, который принял решение о заключении договора аренды. Каким образом заинтересованным лицам удалось достичь взаимопонимания с судом, с которым сейчас связан громкий коррупционный скандал – загадка. 
 
Тем не менее, парк вновь был передан в аренду Петру Гульбину, который, в свою очередь, пообещал заботиться о вверенной ему территории лучше родной матери. Возможно, даже собирался головы скульптурам восстановить.
 
Но что-то пошло не так. Через некоторое время конфликт интересов, похоже, вышел на новый виток. Парком заинтересовалась прокуратура и Контрольно-счетная Палата. Кто дал команду ведомствам? Ведь не сами же они вдруг вспомнили, что есть такой парк, который неплохо бы проверить! Вновь интрига. Узнать нельзя, остается гадать на кофейной гуще. А разводы, которые останутся на дне кружки, возможно, почему-то отдаленно напомнят тех самых людей, которые некоторое время назад требовали от мэрии парк арендатору оставить любой ценой. Но это все только гадание и суеверие, не исключено, что с реальностью никак не связанное. А если предположить, что связано, то картина получается довольно интересная: некие люди во власти, способные оказать влияние на мэрию, меняют свои решения, как перчатки, в зависимости от конъюнктуры рынка или от каких-либо еще обстоятельств. Каких - снова вопрос открытый.
 
 
Проверка, проведенная Контрольно-счетной Палатой, выявила массу нарушений. Вячеслав Олемской считает, что ущерб от решения суда о продление договора аренды парка составил порядка пяти миллионов рублей. Губернатор в праведном гневе немедленно потребовал провести необходимые процедуры для расторжения договора, а судьбу парка в дальнейшем решить так, чтобы и горожане не страдали, и бюджет денег не терял. Все вроде бы правильно - и по закону, и по совести. Но вот незадача: в чем именно усмотрела КСП нарушения? Их масса, но некоторые из них весьма неожиданные. Так, например, оказывается, город мог бы сдать в аренду тех самых безголовых Иванушек и Аленушек. Причем сдать за деньги немалые. Они-то, оказывается, объекты недвижимости - кто бы мог подумать? Правда, как они стали объектами недвижимости, нам на ушко шепнули люди, которые просили их не называть.
 
Оказывается, давным-давно, в те времена беззакония, которые уже прошли и на нашу воронежскую землю никогда не вернутся, существовала такая порочная практика: некие люди во власти имели возможность оформлять их таким образом при содействии депутатов (может, это и стечение обстоятельств, но именно в те времена госпожа Плиева занимала должность представителя главы в городской думе). И раз это объект недвижимости, то находится он на земле, которую, соответственно, можно взять в аренду, а потом на этой земле построить кафе, например, или еще какое полезное людям заведение, деньги владельцу приносящее. Вот такая история и произошла с несчастными скульптурами в «Танаисе». Было это давно и при нынешней власти наверняка такого бы не случилось, но факт остается фактом - есть недвижимость, есть ущерб.
 
 
Мэрия, конечно, с таким положением дел не согласна. Но сделать здесь что-то сложно: процедура по расторжению договора с арендатором «Танаиса» уже идет по требованию губернатора, решение суда первой инстанции вынесено. Официальная причина: Петр Гульбин не выполнял своих обязательств по благоустройству парка, и причина эта недалека от правды. Неофициальная: кто-то кому-то не угодил. Кто, кому и каким образом - тайна, покрытая мраком, которая, скорее всего, никогда по ряду причин не станет достоянием гласности.