Эту поездку в Большой Геленджик мы совершили почти дикарями – сопровождая группу воронежских школьников на соревнования по спортивному ориентированию. Обязанности «родителей и сопровождающих» были крайне необременительны, поэтому времени хватило на многое. В том числе на бултых в море на разных участках Большого Геленджика (почти 100 км побережья), подъем в горы, выход в море, посещение дельфинария и прогулки по набережной. Но начнем с того места, где стоял палаточный лагерь ориентировщиков – Михайловского перевала, примерно в 20 км. от города Геленджик.
Село Михайловский перевал находится, как следует из имени, на середине одноименного перевала, получившего название в честь какого-то племянника императора Николая I. Означенный племянник руководил горячими дискуссиями с местными горцами относительно уместности в этих краях русских поселений. И, можно сказать, убедил. Какое-то время в процессе участвовал Михаил Лермонтов, имевший, как известно, способности не к одному только стихосложению. По одно сторону от Михайловского перевала – село Возрождение, оно стоит на реке Жане, знаменитой дольменами и водопадами, по другую – село Пшада, знаменитое тем же самым. Оба соседа неплохо кормятся от туристов. Михайловском перевалу этих заработков почти не перепадает.
Раньше село жило яблочными садами и консервным заводом, перерабатывающем яблоки, однако к настоящему времени сады погибли от старости, а новых не посадили, из-за чего закономерно закрылся и консервный завод – его цеха и склады тихо разваливаются по обе стороны дороги Сочи-Новороссийск. Теперь многие селяне работают в Генеджике и уезжают на работу на шестичасовом утреннем автобусе, другие пытаются продавать на трассе мед со своих пасек, а также пытаются участвовать в соседском туристическом бизнесе – во многих дворах стоят раскрашенные под сафари уазики для катания приезжих по горным дорогам. Трудно сказать, чем местные леса отличаются от наших, черноземных (не будем вдаваться в ботанические подробности). У нас тоже много живописных мест. Но ожидание «на нехоженых дорожек следов невиданных зверей» здесь больше на порядок. При том, что горы в общем-то невысокие, а леса – умеренно непроходимые, чувствуешь себя персонажем (главным, второстепенным – не так важно) некой легенды про темные леса и сказочных героев. Местные пейзажи были описаны волшебным образом еще полтора века назад:
Я видел горные хребты,
Причудливые, как мечты,
Когда в час утренней зари
Курилися, как алтари,
Их выси в небе голубом,
И облачко за облачком,
Покинув тайный свой ночлег,
К востоку направляло бег-
Как будто белый караван
Залетных птиц из дальних стран!
Вдали я видел сквозь туман,
В снегах, горящих как алмаз,
Седой, незыблемый Кавказ…
Что интересно, «Мцыри» и «Демона» Лермонтов написал после того, как прослужил в районе Геленджика. Именно здешние пейзажи он описывает как якобы грузинские. Например:
…Пышные поля,
Холмы, покрытые венцом
Дерев, разросшихся кругом,
Шумящих свежею толпой,
Как братья в пляске круговой.
Я видел груды тёмных скал,
Когда поток их разделял.
…Я видел горные хребты,
Причудливые, как мечты,
Когда в час утренней зари
Курилися, как алтари,
Их выси в небе голубом,
И облачко за облачком,
Покинув тайный свой ночлег,
К востоку направляло бег —
Как будто белый караван
Залетных птиц из дальних стран!
Или:
…Счастливый, пышный край земли!
Столпообразные раины,
Звонко-бегущие ручьи
По дну из камней разноцветных,
И кущи роз, где соловьи
Поют красавиц безответных
На сладкий голос их любви;
Чинар развесистые сени,
Густым венчанные плющём,
Пещеры, где палящим днем
Таятся робкие олени;
И блеск и жизнь и шум листов,
Стозвучный говор голосов,
Дыханье тысячи растений!
И полдня сладострастный зной,
И ароматною росой
Всегда увлаженные ночи,
И звезды яркие как очи,
Как взор грузинки молодой!…
Свидетельствую – именно так в окрестностях Геленджика все и выглядит до сих пор
Километрах в трех от села Михайловский перевал находится родник «Наташа». С ним связана легенда о горском юноше, полюбившем девушку Наташу – дочь кузнеца из крепости Геленджик. Якобы сначала он ее было похитил, потом отпустил, потом они тайно встречались и решили сбежать. Однако побег не удался – на Михайловском перевале их догнали казаки из крепости и, вроде бы, нечаянно (?) пристрелили обоих. Сейчас родник является частью шикарного ресторанного комплекса «Родничок», устроенного на нескольких терассах, а его воды разделены на множество рукотворных водопадиков. В прудах на территории «Родничка» плавает стерлядь и форель, предназначенная в жертву посетителям с останавливающихся здесь туристических автобусов.
Рядом с рестораном находится медовая ярмарка: все три села на перевале славны своими пасеками. Основные здешние лакомства – фрукты или орехи в меду, а также собственно мед, якобы собранный на высокогорных лугах. Подозреваю, что последний – ассорти из всего сладкого, что нашлось в округе. Надо сказать, пчелы здесь чертовски вежливые: в огромных количествах они прилетали в наш лагерь в бывшем яблоневом саду и без шума изымали сахар и варенье – но без малейшей агрессии к приезжим. Наверное, их, как и прочих здешних тварей, приучают не беспокоить туристов, основных кормильцев аборигенов.
Помнится, когда мы случайно (в поисках короткой дороги к автобусной остановке) нечаянно вторглись в частное владение, нас встретило лохматое чудовище примерно метр в холке. Немедленной и кроваво-живописной смерти мы избежали только благодаря раздавшемуся из глубин огорода ленивому окрику: «Фу, Вулкан!!! Это туристы…» Кстати, за все время ни на перевале, ни в других местах Большого Геленеджика мы не встретили ни одного комара. Похоже, их где-то подкармливают донорской кровью ради сохранения общего благолепия этих мест.
Текст Леонида Диденко
Фото автора
