3 июля в Воронеж с мастер-классом «Мастер общения. Успех без затрат» приедет Ирина Хакамада. Корреспондент портала 36on.ru отправился в Москву, чтобы подробнее узнать у Ирины Муцуовны о мероприятии, а заодно расспросить, что она думает о войне на Украине, законах, которые принимает Госдума, свободе в Интернете. О программе новой индустриализации Путина, перспективах праволиберальной идеологии в России. Наконец, о том, вернётся ли она в политику. Разговор получился интересным.
«В коммуникации заложен огромный ресурс, в России он недооценён»
— 3 июля Вы приезжаете в Воронеж с мастер-классом. Расскажите о нём поподробнее.
— Мастер-класс посвящён мастерству общения. Он основан на моём опыте. В юности я была очень закрытым, необщительным человеком. Я не только боялась общения, я его избегала. Несмотря на то, что я много читала, была настолько косноязычна, что даже в институте не могла сдать экзамен: всё знала, а проговорить не могла.
Я была и остаюсь интровертом. И, конечно, я выученный коммуникатор. Все мои достижения в бизнесе, политике построены на том, чего я не умела делать. Публичная политика, дебаты, преподавание, мастер-классы — это всё коммуникация.
Я считаю, что в коммуникации заложен огромный ресурс. От других людей вы бесплатно получаете информацию, которой нигде нет. С этой информацией вы можете предугадывать события и заключать успешные сделки, реструктуризировать долги, находить клиентов или продвигать свой проект там, где, в принципе, у вас нет возможностей для этого. Вы можете договориться с мужем или женой, когда у вас отношения на грани развода. Вы можете найти общий язык с взрослыми детьми. То есть коммуникация — ресурс, способный сотворить чудо.
В России этот ресурс недооценён. Мы нация, которая общается после рюмочки со своими близкими. Со знакомыми людьми мы общаться не умеем. К тому же мы всегда мрачно выглядим. За границей русских можно вычислить сразу — по покалеченному взгляду и напряжённому лицу и спине. На своём мастер-классе я обучаю искусству коммуникации. Потому что в условиях турбулентности и непредсказуемости от личных ресурсов человека зависит его успех.
— Почему после ухода из большой политики Вы стали заниматься именно этой сферой деятельности?
— Случайно. Проводить мастер-классы мне предложили в одном из тренинговых агентств Москвы. Без какой-либо рекламы, через сарафанное радио, пошли люди. Спрос оказался большим.
«Мы везде перебрали»
— Наверное, будет неприличным спрашивать, как Вы оцениваете эффективность деятельности теперешнего состава Государственной думы с точки зрения его работы в интересах общества?
— Да никак. По пятибалльной шкале это «минус». Что хорошего мы получили от деятельности Думы? Мы получили законы, которые обеспечивали бы нам нормальное медицинское обслуживание? Нет. Мы получили нормальную пенсионную реформу? Нет. Мы получили снижение инфляции? Нет. Мы получили снижение тарифов на ЖКХ? Нет.
Мы везде перебрали. Борьба с экстремизмом приводит к тому, что настоящие экстремисты гуляют на свободе, а под этим видом начинают мучить простых людей. Блокирование сайтов и ограничение распространения информации в Интернете происходят по политическим причинам. «Дождь» закрыли, нарушив все их авторские права.
Прекрасный фильм Звягинцева «Левиафан» (я его видела на премьере в Каннах), который получил Пальмовую ветвь за сценарий, не получил прокатное удостоверение в России. Это ужасно. Русский фильм не пускают на родину.
А курение? Я была везде: в Испании, Америке и так далее. Везде нельзя курить уже давно. Но только мы перебрали до такой степени, что в супермаркетах теперь нельзя увидеть, какие продаются сигареты. Это кому нужно? Человек, если видит сигареты, он что, курить начинает? Ну, тогда пусть убирают с полок всю вредную еду, весь фастфуд. Это иногда вреднее, чем сигареты.
Мы запретили в рамках консервативной идеологии всё на свете. Дума, а это в большинстве своём партия власти, работает исключительно на идеологическое обслуживание.
«Чем больше Интернет ограничивают, тем более он становится агрессивным»
— Как Вы оцениваете последние законодательные инициативы Госдумы в области ограничения распространения информации в Интернете? И в целом как, по Вашему мнению, скажется на развитии российского общества принудительное (за счет непрерывного введения санкций и ограничений на свободу слова) снижение градуса общественной дискуссии по вопросам, которые интересуют общество?
— Я уже давно поняла: чем больше Интернет ограничивают, тем более он становится агрессивным. Поэтому эффективного результата нет. Наоборот, если бы было меньше ограничения, то тогда бы всё больше мирно настроенных коммуникативных людей общались в Интернете. Сейчас в Интернете общаются в большей степени люди, которые давно там сидят, они агрессивно настроены. Эти пользователи всё равно найдут способ донести информацию. Возьмем обыкновенного потребителя, который не настолько ловко разбирается во всех технологиях. Он примитивно регистрируется в социальных сетях, переходит по ссылкам и видит, что блоги один за другим закрываются. Такой пользователь отказывается от общения в Интернете.
Потом что это такое, считать блогеров представителями СМИ, если у них 3 тысячи подписчиков? Слушайте, у меня 3 тысячи подписчиков. Когда-то писала раз в неделю, но я настолько устала от агрессии, что больше не могу. Всё исписано, всё уже сказано, все всё понимают. Сейчас я пишу через пень-колоду где-нибудь раз в полгода. Я не самый популярный блогер. Но я СМИ, что ли?! Я должна выполнять все эти указания?! Мы идём по пути Китая. Мы сократили дискуссию до взаимного полива грязью. Я перестала ходить на телевизионные дебаты — это просто уничтожение человека. Политика превратилась в агрессивную, уличную брань.
Не надо путать нас с Китаем. У китайцев национальный характер совершенно другой. Они как муравьи, выстроены в иерархическом обществе с помощью конфуцианства. Там сверху сказали, и все пошли. Мы другие.
Чем это закончится? Дебилизацией населения. Все умные уйдут во внутреннее подполье, в узкие круги общения, будут вариться в собственном котле, вся оппозиция превратится в диссидентов. Мы всё это проходили в Советском Союзе. Продвинутые и обеспеченные плюнут и уедут. Что и происходит. Останутся самые несчастные, которым не дают думать, и которые не в состояние уехать. Они будут поддерживать всё что угодно сверху, лишь бы их оставили в покое. С таким народом конкурировать с Европой и Америкой, от которой мы отвернулись, невозможно.
Читайте также:
Беседовала Юлия Репринцева
Фото Н. Горелова
Фото Н. Горелова
